Vampire Saga

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Vampire Saga » Развлечение » Библиотека ...


Библиотека ...

Сообщений 1 страница 30 из 46

1

думаю, такая тема не помешает.. скидываем сюда все интересное: рассказы, истории, стихи, легенды и т.д.
можно почитать пока ждешь ответа в игре или еще что-то))

0

2

Отдам сердце в хорошие руки

- Здравствуйте, я по объявлению. Это вы отдаёте сердце в хорошие руки?

- Я.

- Б/у?

- Да. Оно любило три года одного человека.

- Ну-у! Три года эксплуатации - это довольно большой срок! Почему отдаёте?

- Его прошлый владелец обращался с сердцем не по назначению. Он его ломал, резал, играл с ним, вонзал в него острые предметы... Сердце болело, кровоточило, но по-прежнему выполняло свою основную функцию: любило его... И однажды тот, кому оно принадлежало, разбил его...

- Как разбил?! А вы в ремонте были? Что вам сказали?

- Восстановлению не подлежит...

- Зачем же вы подали объявление? Неужели вы думаете, что кому-то нужно ваше разбитое сердце?

- Я верю, что есть на свете человек, который сможет склеить его из осколков. Верю, что он не пожалеет на это любви и времени. Верю, что он сможет дать ему вторую жизнь...

- Я... я готов попытаться. Это, конечно, будет трудно, но результат того стоит. Вы можете дать мне какие-нибудь гарантии? Если я смогу его восстановить, смогу оживить ваше сердце... сколько ещё оно сможет любить?

- Пока оно бьётся...

- В объявлении вы указали, что отдадите сердце только при одном условии...

- Да. Я должна быть уверена, что вы не станете причинять ему боль.

- К сожалению, я не могу видеть будущего. Не могу с уверенностью обещать вам, что оно больше не будет страдать... Всё, что я могу на сегодняшний день, это дать вам в замен своё сердце...

- Я согласна!

- Меня тоже устраивают все условия контракта.

- Значит, встретимся завтра?! Для обмена?

- Да. До свидания, любовь моя.

- До завтра, любимый...

AlexBlack

Размещено 20/02/2008
Использование материала статьи
разрешается только с указанием
активной ссылки на первоисточник
(c) world-of-love.ru

0

3

Люди с розами (Макс Лукадо)

Джон Блэнчард встал со скамейки, поправил свою армейскую форму и стал пристально всматриваться в толпу людей, проходивших через центральную вокзальную площадь. Он ждал девушку, сердце которой он знал, а лица никогда не видел, он ждал девушку с розой.

Всё началось тринадцать месяцев назад в одной из библиотек Флориды. Его сильно заинтересовала одна книга, но не столько тем, что в ней было написано, а больше пометками, сделанными на полях. Неяркий почерк выдавал глубокомыслящую душу и проницательный ум.

Приложив все усилия, он нашёл адрес бывшей владелицы книги. Мисс Холис Мэйнел жила в Нью-Йорке. Он написал ей о себе и предложил переписываться.

На следующий день его призвали на фронт. Началась Вторая Мировая война. В течение следующего года они хорошо узнали друг друга по письмам. Каждое письмо было семечком, падающим в сердце, как на плодоносную почву. Роман был многообещающим.

Он просил её фотографию, но она отказала. Она считала, что если его намерения серьёзны, то, как она выглядит, не имеет большого значения.

Когда настал день ему вернуться в Европу, они назначили их первую встречу - в семь часов. В центральном вокзале Нью-Йорка.

"Ты узнаешь меня", - писала она - "на моём пиджаке будет приколота красная роза".

Ровно в семь часов он был на вокзале и ждал девушку, сердце которой он любил, а лица никогда не видел.

Вот что он сам пишет о том, что произошло дальше.

"Ко мне навстречу шла молодая девушка - я никогда не видел никого красивее: стройная, изящная фигура, длинные и светлые волосы спускались кудрями на её плечи, большие голубые глаза... В своём бледно-зелёном пиджаке она напоминала только что вернувшуюся весну. Я был так поражён, увидев её, что направился к ней, совершенно забыв посмотреть, есть ли у неё роза. Когда между нами осталось пару шагов, странная усмешка появилась на её лице.

"Вы мешаете мне пройти", - услышал я.

И тут прямо за её спиной я увидел мисс Холис Мейнэл. На пиджаке её пылала ярко-красная роза. Тем временем та девушка в зелёном пиджаке удалялась всё дальше и дальше.

Я смотрел на женщину, которая стояла предо мной. Женщина, которой было уже далеко за сорок. Она была не просто полная, а очень полная. Старая, выцветшая шляпа скрывала тонкие серые волосы. Горькое разочарование наполнило моё сердце. Казалось, я разрывался надвое, так сильно было моё желание повернуться и пойти за той девушкой в зёлёном пиджаке, и в то же время настолько глубокой была моя привязанность и благодарность этой женщине, чьи письма давали мне силу и поддержку в самое трудное время моей жизни.

Она стояла там. Её бледное полное лицо выглядело добрым и искренним, её серые глаза светились тёплым огоньком.

Я не колебался. В руках я сжимал маленькую синюю книгу, по которой она должна была узнать меня.

"Я лейтенант Джон Блэнчерд, а вы должно быть мисс Мэйнел? Я так рад, что мы смогли наконец-то встретится. Могу я пригласить вас на ужин?"

На лице женщины появилась улыбка.

"Я не знаю о чём ты, сынок", - ответила она - "но та молодая девушка в зелёном пиджаке, которая только что ушла, попросила меня надеть эту розу. Она сказала, что если вы подойдёте и пригласите меня на ужин, то я должна сказать вам, что она ждёт вас в соседнем ресторанчике. Она сказала, что это было своего рода проверкой".

Джон и Холис поженились, но на этом история не заканчивается. Потому что в какой-то мере это история каждого из нас. Все мы в своей жизни встречали таких людей, людей с розами. Непривлекательных и забытых, непримятых и отверженных. Тех, к кому совсем не хочется подходить, кого хочется обойти поскорее. Им нет места в наших сердцах, они где-то далеко на задворках нашей души.

Холис устроила Джону проверку. Тест на измерение глубины его характера. Если бы он отвернулся от непривлекательного, он потерял бы любовь всей своей жизни. Но это именно то, что часто делаем мы - отвергаем и отворачиваемся, тем самым отказываемся от благословений Божиих, скрытых в людских сердцах.

Остановитесь. Задумайтесь о тех людях, до которых вам нет дела. Выйдите из своей тёплой и благоустроенной квартиры, езжайте в центр города и дайте бутерброд нищему. Идите в дом престарелых, сядьте рядом со старой женщиной и помогите ей донести ложку до рта во время еды. Сходите в больницу и попросите медсестру проводить вас к тому, кого уже давно не посещали. Всмотритесь в непривлекательное и забытое. Пусть это будет вашей проверкой. Помните, что отверженные миром носят розы.

Макс Лукадо

Размещено 21/01/2009
Использование материала статьи
разрешается только с указанием
активной ссылки на первоисточник
(c) world-of-love.ru

0

4

Трудное решение

Неизвестно, куда целились минометчики, но снаряды попали в детский приют в маленькой вьетнамской деревушке, которым заведовала группа миссионеров. Все миссионеры и один или два ребенка были сразу убиты, а еще несколько детей были ранены, в том числе одна восьмилетняя девочка.

Деревенские жители запросили медицинскую помощь из соседнего города, в котором была радиосвязь с американскими войсками. Наконец, приехали военный доктор и медсестра с комплектом медицинских инструментов. Они обнаружили, что положение девочки наиболее критическое. Если не принять немедленные меры, она умрет от шока или от потери крови.

Для переливания крови им срочно требовался донор с той же группой, что и у девочки. Быстро проведя анализы, врач обнаружил, что ни один из американцев не подходит, однако нужная кровь есть у нескольких сирот, которые не были ранены. Врач говорил на вьетнамском вперемешку с английским, а медсестра немного изучала французский в институте. Изъясняясь на этой смеси языков, а также помогая себе жестами, они попытались объяснить напуганным малышам, что если они не возместят девочке потерю крови, она непременно умрет. Затем они спросили, кто хочет помочь ей и дать свою кровь.

В ответ на эту просьбу дети широко открыли глаза и замолчали. Прошло несколько томительных мгновений, пока, наконец, маленькая дрожащая ручка поднялась вверх, быстро опустилась и снова поднялась.
- Спасибо, - сказала по-французски медсестра, - как тебя зовут?
- Хань, - ответил мальчик.

Ханя быстро положили на кушетку, смазали руку спиртом и ввели в вену иглу. Во время этой процедуры Хань лежал, не двигаясь, и молчал. Но через секунду он друг сдавленно всхлипнул, быстро закрыв лицо свободной рукой.

- Тебе больно, Хань? - спросил доктор.
Хань покачал головой, однако через несколько секунд снова всхлипнул и снова попытался сдержать свой плач. Доктор еще раз спросил, не больно ли ему, но Хань отрицательно покачал головой.

Но вскоре редкие всхлипывания превратились в равномерный тихий плач. Мальчик крепко зажмурился и сунул кулак в рот, чтобы сдержать рыдания.

Врач забеспокоился. Что-то было не так. В этот момент на помощь подоспела медсестра-вьетнамка. Увидев страдания мальчика, она быстро спросила его о чем-то по-вьетнамски, выслушала его и сказала ему в ответ что-то успокаивающим тоном. В ту же секунду мальчик перестал плакать и вопросительно посмотрел на вьетнамку. Она кивнула ему, и выражение облегчения появилось на его лице.

Подняв глаза, медсестра тихо сказала американцам: "Он думал, что он умирает. Он не понял вас. Он подумал, что вы просили его отдать всю свою кровь, чтобы девочка могла жить".

- Но почему же тогда он согласился на это? - спросила американская медсестра. Вьетнамка повторила вопрос мальчику, и он просто сказал:

- Мы - друзья...

Размещено 03/06/2008
Использование материала статьи
разрешается только с указанием
активной ссылки на первоисточник
(c) world-of-love.ru

0

5

Магазин Чувств

- Здравствуйте! - поздоровался Молодой человек, войдя внутрь магазина, о котором недавно прочитал в рекламе.

- Здравствуйте! - приветливо ответила ему уже немолодая Продавщица.

- Скажите пожалуйста, а есть ли у вас Романтика? Мне нужно примерно 2-3кг.

- Романтика? - Продавщица удивилась. - Нет, такого товара у нас уже давно нет. Вы наверное о нас в Интернете прочитали, да?

- Да, - кивнул Молодой Человек. - Но там было написано, что у вас должна быть Романтика.

- Это только в online-магазине, - согласилась Продавщица. - У нас этот товар редко пользовался спросом. Обычно те, кому она нужна, заказывают её по Интернету, это и анонимно и по городу с ней идти не надо.

- Разве люди стыдятся того, что хотят Романтики?

- Не знаю. Девушки ещё не так этого стесняются, а вот Мужчины...

- Странно.. - задумался Молодой Человек.

- А Bы, наверное, Студент Гуманитарных Наук, Писатель или Поэт? - Продавщица внимательно рассматривала Молодого Человека.

- Нет. Я Простой Молодой Человек. - Скажите, а что вы мне можете предложить вместо Романтики?

- Так-так, посмотрим, - Продавщица стала осматривать полки. - Есть, например, Вдохновение. Так как оно быстро выветривается, то лучше его открытым на держать, а использовать всё сразу.

- Да, пожалуй, не откажусь. - согласился Молодой Человек. - Скажите, а какой товар пользуется у вас сейчас наибoльшим спросом?

- А спросом у нас пользуются такие товары, как Юмор, Гордость, Тщеславие, Цинизм, Скепсис, Ирония, Вера...

- А как же Любовь?

- О, Любовь во все времена невероятно популярна и всегда пользуется большим спросом.

- И сколько же она стоит?

- Очень-очень дорого. Любовь - это сильное светлое чувство, сильно концентрированное, и продаётся граммами. Вообще-то у большинства она есть ещё с рождения, но люди её не ценят, и растрачивают её, так и не познав всей её прелести. А у некоторых людей она остаётся, она у них растёт и увеличивается, и тогда люди могут дарить друг другу Любовь. Вот вам, Молодой Человек, вам когда-нибудь дарили Любовь? -Продавщица мечтательно закатила глаза, видимо, вспоминая свою молодость. - Это так чудесно, когда дарят Любовь. Сразу чувствуешь себя всесильным и счастливым, Любовь наполняет тебя всего, это так волшебно!

- Наверное я ещё слишком молод. Мне ещё никто никогда не дарил Любовь и я тоже никому её не дарил. После ваших слов мне кажется, что я так ешё и не познал этого чувства, хотя пару минут назад думал совсем иначе.

- Всё у вас впереди... Главное не растратить её раньше времени.

- И что же, многие у вас покупают Любовь? - продолжал расспрашивать Молодой Человек.

- Да как сказать. Я ведь уже сказала, что она продаётся граммами и стоит очень дорого. Вот наша промышленность и придумала, чтобы каждый мог себе позволить любовь, продавать её со всякими добавками. А добавки мало того, что очень негативные, они часто и плохого качества. За то стoит такой "экономный" пакет намного дешевле и раскупается чаще.

- Какие же это там вредные добавки? - усмехнулся Молодой Человек.

- Да самые что ни на есть вредные. Любовь и Ненависть, Любовь и Ревность, Любовь и Презрение, и т.п. Такие добавки сами по себе не продаются, Слава Богу, на них отдельно ещё нет покупателей. А так как это тоже естественный товар, он тоже должен быть распространён среди людей. Многие на эту уценку клюют. Молодые джигиты, например, выбирают самую нестрашную на их взляд добавку - Ревность. Ну а потом убивают на этой почве своих жён и невест.

- Но ведь это не их вина. Ведь если чистую консистенцию не можешь позволить себе купить, приходится выбирать, так сказать, из низшего сорта.

- Нет, Молодой Человек, я ведь вам чуть не забыла сказать самое важное. Любовь не обязательно покупать, её можно вырастить в себе. Я уже говорила, что она есть у большинства уже с рождения, и что многие её растрачивают на просто так. Но, как говорится, земля помнит, что вырастила. Так же и у нас внутри всегда остаётся то крошечное семечко Любви, которое, если за ним ухаживать, поливать, и убивать сорняки, может вырасти до большого сильного красивого цветка. Просто не все люди в это верят, у многих нет на это достаточно Терпения или Надежды. Итак, Молодой Человек, вы решились на что-нибудь?

- Да, конечно, - улыбнулся он в ответ. - Мне, пожалуйста, 2кг Вдохновения и по килограмму Терпения, Веры и Надежды для удобрения моего семечка Любви. Спасибо вам большое. До свидания!

Божена Кайзер

0

6

Как чувства играли в прятки (притча)


Говорят, что однажды собрались в одном уголке земли вместе все человеческие чувства и качества. Когда СКУКА зевнула уже в третий раз, СУМАСШЕСТВИЕ предложило:
- А давайте играть в прятки!?

ИНТРИГА приподняла бровь:
- Прятки? Что это за игра?

и СУМАСШЕСТВИЕ объяснило, что один из них, например, оно, водит - закрывает глаза и считает до миллиона, в то время как остальные прячутся. Тот, кто будет найден последним, станет водить в следующий раз и так далее.

ЭНТУЗИАЗМ затанцевал с ЭЙФОРИЕЙ, РАДОСТЬ так прыгала, что убедила СОМНЕНИЕ, вот только АПАТИЯ, которую никогда ничего не интересовало, отказалась участвовать в игре. ПРАВДА предпочла не прятаться, потому что в конце концов ее всегда находят, ГОРДОСТЬ сказала, что это совершенно дурацкая игра (ее ничего кроме себя самой не волновало), ТРУСОСТИ очень не хотелось рисковать.

- Раз, два, три, ... - начало счет СУМАСШЕСТВИЕ.

Первой спряталась ЛЕНЬ, она укрылась за ближайшем камнем на дороге, ВЕРА поднялась на небеса, а ЗАВИСТЬ спряталась в тени ТРИУМФА, который собственными силами умудрился взобраться на верхушку самого высокого дерева. БЛАГОРОДСТВО очень долго не могло спрятаться, так как каждое место, которое оно находило казалось идеальным для его друзей: Кристально чистое озеро - для КРАСОТЫ. Расщелина дерева - так это для СТРАХА. Крыло бабочки - для СЛАДОСТРАСТИЯ. Дуновение ветерка - ведь это для СВОБОДЫ! Итак, оно замаскировалось в лучике солнца. ЭГОИЗМ, напротив, нашел только для себя теплое и уютное местечко. ЛОЖЬ спряталась на глубине океана (на самом деле она укрылась в радуге), а СТРАСТЬ и ЖЕЛАНИЕ затаились в жерле вулкана. ЗАБЫВЧИВОСТЬ, даже не помню, где она спряталась, но это не важно.

Когда СУМАСШЕСТВИЕ досчитало до 999999, ЛЮБОВЬ все еще искала, где бы ей спрятаться, но все уже было занято. Но вдруг она увидела дивный розовый куст и решила укрыться среди его цветов.

- Миллион, - сосчитало СУМАСШЕСТВИЕ и принялось искать.

Первой оно, конечно же, нашло ЛЕНЬ. Потом услышало как ВЕРА спорит с Богом, а о СТРАСТИ и ЖЕЛАНИИ оно узнало по тому как дрожит вулкан, затем СУМАСШЕСТВИЕ увидело ЗАВИСТЬ и догадалось где прячется ТРИУМФ. ЭГОИЗМ и искать было не нужно, потому что местом, где он прятался оказался улей пчел, которые решили выгнать непрошеного гостя. В поисках СУМАСШЕСТВИЕ подошло напиться к ручью и увидело КРАСОТУ. СОМНЕНИЕ сидело у забора, решая, с какой же стороны ему спрятаться.

Итак, все были найдены: ТАЛАНТ - в свежей и сочной траве, ПЕЧАЛЬ - в темной пещере, ЛОЖЬ - в радуге (если честно, то она пряталась на дне океана).

Вот только ЛЮБОВЬ найти не могли.

СУМАСШЕСТВИЕ искало за каждым деревом, в каждом ручейке, на вершине каждой горы и, наконец, оно решило посмотреть в розовых кустах, и когда раздвигало ветки, услышало крик. Острые шипы роз поранили ЛЮБВИ глаза. СУМАСШЕСТВИЕ не знало что и делать, принялось извиняться, плакало, молило, просило прощения и в искупление своей вины пообещало ЛЮБВИ стать ее поводырем.

И вот с тех пор, когда впервые на земле играли в прятки... ЛЮБОВЬ слепа и СУМАСШЕСТВИЕ водит её за руку...

0

7

Я умер почти 9 лет назад. Но я пишу вам не для того, чтобы рассказать, как мне тут живётся. Я пишу, чтоб рассказать вам свою историю. Историю моей большой любви. И ещё хочу сказать, что любовь не умирает. Даже на том свете. Даже если её пытаются убить, даже если этого захотите вы. Любовь не умирает. Никогда!
Мы познакомились 31 декабря. Я собирался встречать Новый год со своей… третьей женой у своих старых друзей. Моя жизнь до её появления была настолько никчёмной и ненужной, что очень часто я спрашивал себя: Для чего я живу? Работа? Да, мне нравилось, чем я занимался. Семья? Я очень хотел иметь детей, но у меня, их не было. Теперь я понимаю, что смысл моей жизни был – в ожидании этой встречи. Я не хочу описывать её. Вернее, я просто не смогу описать её, чтоб вы действительно поняли, какая она. Потому, что каждая буква. Каждая строчка моего письма пропитана любовью к ней и за каждую ресничку, упавшую с её печальных глаз, за каждую слезинку я готов был отдать всё. Итак, это было 31 декабря. Я сразу понял, что пропал. Если бы она пришла одна, я бы не постеснялся своей третьей супруги и подошёл бы к ней в первую минуту нашей встречи. Но она была не одна. Рядом с ней был мой лучший друг. Знакомы они были всего пару недель, но из его уст я слышал о ней очень много интересного. И вот, теперь, я увидел её. Когда пробили куранты, и были произнесены тосты, я подошёл к окну. От моего дыхания окно запотело и я написал: « ЛЮБЛЮ ». Отошёл подальше и надпись на глазах исчезла. Потом было опять застолье, тосты. К окну я вернулся через час. Я подышал на него и увидел надпись: « ТВОЯ ». У меня подкосились ноги, на несколько секунд остановилось дыхание…

Любовь приходит только раз. И это человек понимает сразу. Всё, что было в моей жизни до этого дня – была мишура, сон, бред. Очень много слов есть этому явлению. Но жизнь моя началась именно в тот новогодний вечер, потому что я понял, я увидел в её глазах, что этот день - тоже первый день в её жизни. Второго января мы переехали в гостиницу, и планировали купить свой маленький уголок. У нас вошло в привычку писать друг другу на окнах записки. Я писал ей: « Ты – мой сон ». Она отвечала: « Только не просыпайся ».
Самые сокровенные желания мы оставляли на окнах в гостиницах, в машине, у друзей дома. Мы были вместе ровно 2 месяца. Потом меня не стало. Сейчас я прихожу к ней только, когда она спит. Я сажусь к ней на кровать, я вдыхаю её запах. Я не могу плакать. Я не умею. Но я чувствую боль. Не физическую, а душевную. Все эти 8 лет она встречает Новый год одна. Она садится у окна, наливает в бокал шампанского и плачет. Ещё я знаю, что она продолжает писать мне записки на окнах. Каждый день. Но я не могу их прочитать, потому что от моего дыхания окно не запотеет…
Прошлый Новый год был необычным. Не хочу рассказывать вам секреты потусторонней жизни, но я заслужил одно желание. Я мечтал прочитать её последнюю надпись на стекле. И когда она заснула, я долго сидел у её кровати, я гладил её волосы, я целовал её руки.… А потом подошёл к окну. Я знал, что у меня получится, я знал, что смогу увидеть её послание – и я увидел. Она оставила для меня одно лишь слово: « ОТПУСТИ ».
Этот Новый год будет последний, который она проведёт в одиночестве. Я получил разрешение на своё последнее желание, в обмен на то, что я больше никогда не смогу к ней прийти и больше никогда её не увижу. В этот новогодний вечер, когда часы пробьют полночь, когда вокруг все будут веселиться и поздравлять друг друга, когда вся вселенная замрёт в ожидании первого дыхания, первой секунды нового года, она нальёт себе в бокал шампанского, пойдёт к окну и увидит надпись « ОТПУСКАЮ ».

0

8

Она шла по улице, медленно обходя лужи, которые изредка встречались на её бессмысленном пути... Она шла, задумчиво смотря себе под ноги, но не воспринимала того, что видела. Она шла уже не один час, но не знала, куда идёт. Она просто шла.
Он сидел в своей огромной квартире, на большом и мягком диване, закинув на него ноги. Он налил себе коньяк и сделал небольшой глоток... С наслаждением сглотнул и мысленно проследил его путь в желудок, ясно ощущая теплоту внутри своего тела.

Она дошла до центральной площади города, собирающей здесь все улицы в единое целое. Она остановилась и растерянно оглянулась. Она задумалась, куда идти дальше. Подул холодный осенний ветер. Она приподняла воротник и потуже затянула шарф. Засунула в уши наушники и включила плеер.

Он всё так же сидел на диване. Окна были закрыты жалюзи, поэтому в комнате стоял полумрак, разрушаемый лишь неярким светом от торшера, который стоял в дальнем углу комнаты. Он достал сигарету. Прикурил. Медленно затянулся, прикрыл глаза, с наслаждением медленно выдохнул и задумался.

В ушах играла её любимая музыка. Диск, который она записывала сама: лирическая музыка, не бьющая по мозгам, под которую всегда можно подумать. Это было её любимым занятием. Она снова шла. Шла прямо, смотря себе под ноги и обходя лужи. Она шла и думала.

Неделю назад они расстались. Внезапно. Никто из них не мог даже этого предположить. Их роман был в самом разгаре, когда он позвонил ей и сказал, что больше ничего не будет.

Она не сказала ему ни слова: выслушала и молча положила трубку. Она не думала, что всё так внезапно закончится, она не понимала в тот момент того, что всё, действительно, закончилось.

Он сказал ей об их разрыве и, не дождавшись от неё ни слова, повесил трубку. У него на душе осталось неприятное ощущение вины. Скорее всего, потому, что он и сам толком не понимал, почему решил разорвать отношения.

Она шла и вспоминала каждый день, проведённый с ним. Она вспоминала день их первой встречи. Вспоминала, с каким увлечением он рассказывал ей о своей жизни; вспоминала себя, скромную и молчаливую, лишь улыбавшуюся его словам. Вспоминала, как она несколько дней не могла поверить в своё счастье. Вспоминала, как смотрела в его глаза и как теряла рассудок, тонув в их глубине.

Вспоминала, как решилась сказать ему "Люблю...". Она впервые в жизни сказала это слово. Оно прозвучало тихо, неуверенно, но оно было сказано искренне, от всего сердца.

Он вспоминал её глаза, её грустные красивые глаза, которые въелись ему в память с самой первой их встречи. Он вспоминал, как с каждой их последующей встречей, в этих глазах появлялась искорка - искорка счастья. Он вспоминал, как эти глаза стали улыбаться, когда её алые красивые губы нерешительно прошептали "Люблю...".

О, Боже! Сколько "люблю" слышали его уши за не такую уж и длинную жизнь! Но... Это "Люблю..." было особенным... Оно было искренним, от всего сердца. И он это знал... Потому что сам сказал "Люблю..." точно так же.

Она любила его всем сердцем. Так, как никого на свете. Но она не могла его вернуть. Нет, не потому, что она не знала, как ей это сделать... Она не хотела даже пытаться это делать. Она была уверена, что это бессмысленно, что дважды ничего не получается. Она была уверена, что он, уверенный в себе, расчетливый и умный парень, никогда не будет менять своего решения, наверняка не раз обдуманного.

Он тоже любил её всем сердцем. Он понял это уже потом, после своего последнего звонка. Он осознал это, когда было уже поздно. Осознал и понял, почему в нём появилось чувство вины. Он хотел её вернуть, но не знал, как это сделать. Да, да, да! Он! Он, покоритель девичьих сердец, он не знал, как вернуть эту девушку, девушку-загадку, скромную и молчаливую девушку его мечты.

Они оба любили друг друга. Они оба хотели быть вместе. Они оба знали, что этого не будет уже никогда.

Но она, зная это, всё равно выключила музыку и достала сотовый телефон, чтобы позвонить ему и пожелать любви и счастья.

Но он, тоже зная это, затушил уже тлевшую сигарету и взял со стола мобильник, чтобы позвонить ей, извиниться и пожелать любви и счастья.

Она знала его номер наизусть и тут же набрала его... Его пальцы машинально набрали до боли знакомые цифры её номера...

Она преподнесла телефон к уху... Он сделал тоже самое......
Занято...

0

9

- Так, - подвёл итог Разум, - мы влюбились. Это прекрасно, но кого мне за это благодарить?
- Нас, конечно, - сказали Глаза, - мы его первые увидели!
- Ха, - сказали Уши, - по-вашему, был бы он слепой - не влюбился бы? Нееет, это именно через нас она услышала нежный голос!
- Дураки, все дело в феромонах или как их там! - хмыкнул Нос. - Современная химия доказала, что именно через запах...
- А зато мы его первые потрогали! - перебили Руки.
- А не будь нас, она бы попросту не смогла к нему подойти, - важно заключили Ноги.
- А ты что в это время делало? - обернулся Разум к Сердцу. Оно покраснело:
- А я... да ничего... я так растерялось...
И Разум улыбнулся

0

10

тяжеловатый рассказ. кто любит психологическую фантастику - вэлком.

Рэй Брэдбери Вельд

—Джорджи, пожалуйста, посмотри детскую комнату.
— А что с ней?
— Не знаю.
— Так в чем же дело?
— Ни в чем, просто мне хочется, чтобы ты ее посмотрел или пригласи психиатра, пусть он посмотрит.
— Причем здесь психиатр?
— Ты отлично знаешь причем. — стоя по среди кухни, она глядела на плиту, которая, деловито жужжа, сама готовила ужин на четверых. — Понимаешь, детская изменилась, она совсем не такая, как прежде.
— Ладно, давай посмотрим.
Они пошли по коридору своего звуконепроницаемого дома, типа: «Все для счастья», который стал им в тридцать тысяч долларов (с полной обстановкой), — дома, который их одевал, кормил, холил, укачивал, пел и играл им. Когда до детской оставалось пять шагов, что-то щелкнуло, и в ней зажегся свет. И в коридоре, пока они шли, один за другим плавно, автоматически загорались и гасли светильники.
— Ну, — сказал Джордж Хедли.
Они стояли на крытом камышовой циновкой полу детской комнаты. Сто сорок четыре квадратных метра, высота — десять метров; она стоила пятнадцать тысяч. «Дети должны получать все самое лучшее», — заявил тогда Джордж.
Тишина. Пусто, как на лесной прогалине в знойный полдень. Гладкие двумерные стены. На глазах у Джорджа и Лидии Хедли они, мягко жужжа, стали таять, словно уходя в прозрачную даль, и появился африканский вельд — трехмерный, в красках, как настоящий, вплоть до мельчайшего камешка и травинки. Потолок над ними превратился в далекое небо с жарким желтым солнцем.
Джордж Хедли ощутил, как на лбу у него проступает пот.
— Лучше уйдем от солнца, — предложил он, — уж больно естественное. И вообще, я ничего такого не вижу, все как будто в порядке.
— Подожди минуточку, сейчас увидишь, — сказала жена.
В этот миг скрытые одорофоны, вступив в действие, направили волну запахов на двоих людей, стоящих среди опаленного солнцем вельда. Густой, сушащий ноздри запах жухлой травы, запах близкого водоема, едкий, резкий запах животных, запах пыли, которая клубилась в раскаленном воздухе, облачком красного перца. А вот и звуки: далекий топот антилопьих копыт по упругому дерну, шуршащая поступь крадущихся хищников.
В небе проплыл силуэт, по обращенному вверх потному лицу Джорджа Хедли скользнула тень.
— Мерзкие твари, — услышал он голос жены, стервятники...
— Смотри-ка, львы, вон там, в дали, вон, вон! Пошли на водопой. Видишь, они там что-то ели.
— Какое-нибудь животное. — Джордж Хедли защитил воспаленные глаза ладонью от слепящего солнца, — зебру... Или жирафенка...
— Ты уверен? — ее голос прозвучал как-то странно.
— Теперь-то уверенным быть нельзя, поздно, — шутливо ответил он. — Я вижу только обглоданные кости да стервятников, которые подбирают ошметки.
— Ты не слышал крика? — спросила она.
— Нет.
— Так с минуту назад?
— Ничего не слышал.
Львы медленно приближались. И Джордж Хедли — в который раз — восхитился гением конструктора, создавшего эту комнату. Чудо совершенства — за абсурдно низкую цену. Всем бы домовладельцам такие! Конечно, иногда они отталкивают своей клинической продуманностью, даже пугают, вызывают неприятное чувство, но чаще всего служат источником забавы не только для вашего сына или дочери, но и для вас самих, когда вы захотите развлечься короткой прогулкой в другую страну, сменить обстановку. Как сейчас, например!
Вот они, львы, в пятнадцати футах, такие правдоподобные — да-да, такие, до ужаса, до безумия правдоподобные, что ты чувствуешь, как твою кожу щекочет жесткий синтетический мех, а от запаха разгоряченных шкур у тебя во рту вкус пыльной обивки, их желтизна отсвечивает в твоих глазах желтизной французского гобелена... Желтый цвет львиной шкуры, жухлой травы, шумное львиное дыхание в тихий полуденный час, запах мяса из открытой, влажной от слюны пасти.
Львы остановились, глядя жуткими желто-зелеными глазами на Джорджа и Лидию Хедли.
— Берегись! — вскрикнула Лидия.
Львы ринулись на них.
Лидия стремглав бросилась к двери, Джордж непроизвольно побежал следом. И вот они в коридоре, дверь захлопнута, он смеется, она плачет, и каждый озадачен реакцией другого.
— Джордж!
— Лидия! Моя бедная, дорогая, милая Лидия!
— Они чуть не схватили нас!
— Стены, Лидия, светящиеся стены, только и всего. Не забывай. Конечно, я не спорю, они выглядят очень правдоподобно — Африка в вашей гостиной! — но это лишь повышенного воздействия цветной объемный фильм и психозапись, проектируемые на стеклянный экран, одорофоны и стереозвук. Вот возьми мой платок.
— Мне страшно. — она подошла и всем телом прильнула к нему, тихо плача. — Ты видел? Ты почувствовал? Это чересчур правдоподобно.
— Послушай, Лидия...
— Скажи Венди и Питеру, чтобы они больше не читали про Африку.
— Конечно... Конечно. — он погладил ее волосы. — Обещаешь?
— Разумеется.
— И запри детскую комнату на несколько дней, пока я не справлюсь с нервами.
— Ты ведь знаешь, как трудно с Питером. Месяц назад я наказал его, запер детскую комнату на несколько часов — что было! Да и Венди тоже... Детская для них — все.
— Ее нужно запереть, и никаких поблажек.
— Ладно. — он неохотно запер тяжелую дверь. — Ты переутомилась, тебе нужно отдохнуть.
— Не знаю... Не знаю. — Она высморкалась и села в кресло, которое тотчас тихо закачалось. Возможно, у меня слишком мало дела. Возможно, осталось слишком много времени для размышлений. Почему бы нам на несколько дней не запереть весь дом, не уехать куда-нибудь.
— Ты хочешь сказать, что готова жарить мне яичницу?
— Да. — Она кивнула.
— И штопать мои носки?
— Да. — Порывистый кивок, глаза полны слез.
— И заниматься уборкой?
— Да, да... Конечно!
— А я-то думал, мы для того и купили этот дом, чтобы ничего не делать самим?
— Вот именно. Я здесь вроде ни к чему. Дом — и жена, и мама, и горничная. Разве я могу состязаться с африканским вельдом, разве могу искупать и отмыть детей так быстро и чисто, как это делает автоматическая ванна? Не могу. И не во мне одной дело, а и в тебе тоже. Последнее время ты стал ужасно нервным.
— Наверно, слишком много курю.
— у тебя такой вид, словно и ты не знаешь куда себя деть в этом доме. Куришь немного больше обычного каждое утро, выпиваешь немного больше обычного по вечерам, и принимаешь на ночь снотворного больше обычного. Ты тоже начинаешь чувствовать себя ненужным.
— Я?.. — он молчал, пытаясь заглянуть в собственную душу и понять, что там происходит.
— О, Джорджи! — Она поглядела мимо него на дверь детской комнаты. — Эти львы... Они ведь не могут выйти оттуда?
Он тоже посмотрел на дверь — она вздрогнула, словно от удара изнутри.
— Разумеется, нет, — ответил он.
Они ужинали одни. Венди и Питер отправились на специальный стереокарнавал на другом конце города и сообщили домой по видеофону, что вернуться поздно, не надо их ждать. Озабоченный Джордж Хедли смотрел, как стол-автомат исторгает из своих механических недр горячие блюда.
— Мы забыли кетчуп, — сказал он.
— Простите, — произнес тонкий голосок изнутри стола и появился кетчуп.
«Детская... — подумал Джордж Хедли. — Что ж, детям и впрямь невредно некоторое время пожить без нее. Во всем нужна мера. А они, это совершенно ясно, слишком уж увлекаются Африкой». Это солнц е... Он до сих пор чувствовал на шее его лучи — словно прикосновение горячей лапы. А эти львы. И запах крови. удивительно, как точно детская улавливает телепатическую эманацию психики детей и воплощает любое их пожелание. Стоит им подумать о львах — пожалуйста, вот они. Представят себе зебр — вот зебры. И солнце. И жирафы. И смерть.
Вот именно. Он механически жевал пищу, которую ему приготовил стол. Мысли о смерти. Венди и Питер слишком молоды для таких мыслей. А впрочем, разве дело в возрасте. Задолго то того, как ты понял, что такое смерть, ты уже желаешь смерти кому-нибудь. В два года ты стреляешь в людей из пугача...
Но это... Жаркий безбрежный африканский вельд... ужасная смерть в когтях льва. Снова и снова смерть.
— Ты куда?
Он не ответил ей. Поглощенный своими мыслями, он шел, провожаемый волной света, к детской. Он приложил ухо к двери. Оттуда донесся львиный рык.
Он отпер дверь и распахнул ее. В тот же миг его слуха коснулся далекий крик. Снова рычанье львов... Тишина.
Он вошел в Африку. Сколько раз за последний год он, открыв дверь, встречал Алису в Стране Чудес или Фальшивую Черепаху, или Алладина с его волшебной лампой, или Джека-Тыквенную-Голову из Страны Оз, или доктора Дулитла, или корову, которая прыгала через луну, очень похожую на настоящую, — всех этих чудесных обитателей воображаемого мира. Сколько раз видел он летящего в небе пегаса, или розовые фонтаны фейерверка, или слышал ангельское пение. А теперь перед ним — желтая, раскаленная Африка, огромная печь, которая пышет убийством. Может быть Лидия права. Может, надо и впрямь на время расстаться с фантазией, которая стала чересчур реальной для десятилетних детей. Разумеется, очень полезно упражнять воображение человека. Но если пылкая детская фантазия увлекается каким-то одним мотивом?.. Кажется, весь последний месяц он слышал львиный рык. Чувствовал даже у себя в кабинете резкий запах хищников, да по занятости не обращал внимания...
Джордж Хедли стоял один в степях. Африки Львы, оторвавшись от своей трапезы, смотрели на пего. Полная иллюзия настоящих зверей — если бы не открытая дверь, через которую он видел в дальнем конце темного коридора, будто портрет в рамке, рассеянно ужинавшую жену.
— Уходите, — сказал он львам.
Они не послушались.
Он отлично знал устройство комнаты. Достаточно послать мысленный приказ, и он будет исполнен.
— Пусть появится Аладдин с его лампой, — рявкнул он. По-прежнему вельд, и все те же львы...
— Ну, комната, действуй! Мне нужен Аладдин.
Никакого впечатления. Львы что-то грызли, тряся косматыми гривами.
— Аладдин!
Он вернулся в столовую.
— Проклятая комната, — сказал он, — поломалась, не слушается.
— Или...
— Или что?
— Или НЕ МОЖЕТ послушаться, — ответила Лидия. — Потому что дети уже столько дней думают про Африку, львов и убийства, что комната застряла на одной комбинации.
— Возможно.
— Или же Питер заставил ее застрять.
— ЗАСТАВИЛ?
— Открыл механизм и что-нибудь подстроил.
— Питер не разбирается в механизме.
— Для десятилетнего парня он совсем не глуп. Коэффициент его интеллекта...
— И все-таки...
— Хелло, мам! Хелло, пап!
Супруги Хедли обернулись. Венди и Питер вошли в прихожую: щеки — мятный леденец, глаза — ярко-голубые шарики, от джемперов так и веет озоном, в котором они купались, летя на вертолете.
— Вы как раз успели к ужину, — сказали родители вместе.
— Мы наелись земляничного мороженого и сосисок, — ответили дети, отмахиваясь руками. — Но мы посидим с вами за столом.
— Вот-вот, подойдите-ка сюда, расскажите про детскую, — позвал их Джордж Хедли.
Брат и сестра удивленно посмотрели на него, потом друг на друга.
— Детскую?
— Про Африку и все прочее, — продолжал отец с наигранным добродушием.
— Не понимаю, — сказал Питер.
— Ваша мать и я только что совершили путешествие по Африке: Том Свифт и его Электрический Лев, — усмехнулся Джордж Хедли.
— Никакой Африки в детской нет, — невинным голосом возразил Питер.
— Брось, Питер, мы-то знаем.
— Я не помню никакой Африки. — Питер повернулся к Венди. — А ты?
— Нет.
— А ну, сбегай, проверь и скажи нам.
Она повиновалась брату.
— Венди, вернись! — позвал Джордж Хедли, но она уже ушла. Свет провожал ее, словно рой светлячков. Он слишком поздно сообразил, что забыл запереть детскую.
— Венди посмотрит и расскажет нам, — сказал Питер.
— Что мне рассказывать, когда я сам видел.
— Я уверен, отец, ты ошибся.
— Я не ошибся, пойдем-ка.
Но Венди уже вернулась.
— Никакой Африки нет, — доложила она, запыхавшись.
— Сейчас проверим, — ответил Джордж Хедли.
Они вместе пошли по коридору и отворили дверь в детскую.
Чудесный зеленый лес, чудесная река, пурпурная гора, ласкающее слух пение, а в листве — очаровательная таинственная Рима, на длинных распущенных волосах которой, словно ожившие цветы, трепетали многоцветные бабочки. Ни африканского вельда, ни львов. Только Рима, поющая так восхитительно, что невольно на глазах выступают слезы.
Джордж Хедли внимательно осмотрел новую картину.
— Ступайте спать, — велел он детям.
Они открыли рты.
— Вы слышали?
Они отправились в пневматический отсек и взлетели, словно сухие листья, вверх по шахте в свои спальни.
Джордж Хедли пересек звенящую птичьими голосами полянку и что-то подобрал в углу, поблизости от того места, где стояли львы. Потом медленно возвратился к жене.
— Что это у тебя в руке?
— Мой старый бумажник, — ответил он и протянул его ей.
От бумажника пахло жухлой травой и львами. На нем были капли слюны, и следы зубов, и с обеих сторон пятна крови.
Он затворил дверь детской и надежно ее запер.
В полночь Джордж все еще не спал, и он знал, что жена тоже не спит.
— Так ты думаешь, Венди ее переключила? — спросила она наконец в темноте.
— Конечно.
— Превратила вельд в лес и на место львов вызвала Риму?
— Да.
— Но зачем?
— Не знаю. Но пока я не выясню, комната будет заперта.
— Как туда попал твой бумажник?
— Не знаю, — ответил он, — ничего не знаю, только одно: я уже жалею, что мы купили детям эту комнату. И без того они нервные, а тут еще такая комната...
— Ее назначение в том и состоит, чтобы помочь им избавиться от своих неврозов.
— Ой, так ли это... — он посмотрел на потолок.
— Мы давали детям все, что они просили. А в награду что получаем — непослушание, секреты от родителей...
— Кто это сказал: «Дети — ковер, иногда на них надо наступать»... Мы ни разу не поднимали на них руку. Скажем честно — они стали несносны. Уходят и приходят, когда им вздумается, с нами обращаются так, словно мы — их отпрыски. Мы их портим, они нас.
— Они переменились с тех самых пор — помнишь, месяца два-три назад, — когда ты запретил им лететь на ракете в Нью-Йорк.
— Я им объяснил, что они еще малы для такого путешествия.
— Объяснил, а я вижу, как они с того дня стали хуже к нам относиться.
— Я вот что сделаю: завтра приглашу Девида Макклина и попрошу взглянуть на эту Африку.
— Но ведь Африки нет, теперь там сказочная страна и Рима.
— Сдается мне, к тому времени снова будет Африка.
Мгновением позже он услышал крики.
Один... другой... Двое кричали внизу. Затем — рычание львов.
— Венди и Питер не спят, — сказала ему жена.
Он слушал с колотящимся сердцем.
— Да, — отозвался он. — Они проникли в детскую комнату.
— Эти крики... они мне что-то напоминают.
— В самом деле?
— Да, мне страшно.
И как ни трудились кровати, они еще целый час не могли укачать супругов Хедли. В ночном воздухе пахло кошками.

— Отец, — сказал Питер.
— Да?
Питер разглядывал носки своих ботинок. Он давно избегал смотреть на отца, да и на мать тоже.
— Ты что же, навсегда запер детскую?
— Это зависит...
— От чего? — резко спросил Питер.
— От тебя и твоей сестры. Если вы не будете чересчур увлекаться этой Африкой, станете ее чередовать... скажем, со Швецией, или Данией, или Китаем.
— Я думал, мы можем играть во что хотим.
— Безусловно, в пределах разумного.
— А чем плоха Африка, отец?
— Так ты все-таки признаешь, что вызывал Африку!
— Я не хочу, чтобы запирали детскую, — холодно произнес Питер. — Никогда.
— Так позволь сообщить тебе, что мы вообще собираемся на месяц оставить этот дом. Попробуем жить по золотому принципу: «Каждый делает все сам».
— Ужасно! Значит, я должен сам шнуровать ботинки, без автоматического шнуровальщика? Сам чистить зубы, причесываться, мыться?
— Тебе не кажется, что это будет даже приятно для разнообразия?
— Это будет отвратительно. Мне было совсем не приятно, когда ты убрал автоматического художника.
— Мне хотелось, чтобы ты научился рисовать, сынок.
— Зачем? Достаточно смотреть, слушать и обонять! Других стоящих занятий нет.
— Хорошо, ступай, играй в Африке.
— Так вы решили скоро выключить наш дом?
— Мы об этом подумывали.
— Советую тебе подумать еще раз, отец.
—  — Но-но, сынок, без угроз!
— Отлично. — И Питер отправился в детскую.

— Я не опоздал? — спросил Девид Макклин.
— Завтрак? — предложил Джордж Хедли.
— Спасибо, я уже. Ну, так в чем дело?
— Девид, ты разбираешься в психике?
— Как будто.
— Так вот, проверь, пожалуйста, нашу детскую. Год назад ты в нее заходил — тогда заметил что-нибудь особенное?
— Вроде нет. Обычные проявления агрессии, тут и там налет паранойи, присущей детям, которые считают, что родители их постоянно преследуют. Но ничего, абсолютно ничего серьезного.
Они вышли в коридор.
— Я запер детскую, — объяснил отец семейства, — а ночью дети все равно проникли в нее. Я не стал вмешиваться, чтобы ты мог посмотреть на их затеи.
Из детской доносились ужасные крики.
— Вот-вот, — сказал Джордж Хедли. — Интересно, что ты скажешь?
Они вошли без стука.
Крики смолкли, львы что-то пожирали.
— Ну-ка. дети, ступайте в сад, — распорядился Джордж Хедли — Нет-нет, не меняйте ничего, оставьте стены, как есть. Марш!
Оставшись вдвоем, мужчины внимательно посмотрели на львов, которые сгрудились поодаль, жадно уничтожая свою добычу.
— Хотел бы я знать, что это, — сказал Джордж Хедли. — Иногда мне кажется, что я вижу... Как думаешь, если принести сильный бинокль...
Девид Макклин сухо усмехнулся.
— Вряд ли...
Он повернулся, разглядывая одну за другой все четыре стены.
— Давно это продолжается?
— Чуть больше месяца.
— Да, ощущение неприятное.
— Мне нужны факты, а не чувства.
— Дружище Джордж, найди мне психиатра, который наблюдал бы хоть один факт. Он слышит то, что ему сообщают об ощущениях, то есть нечто весьма неопределенное. Итак, я повторяю: это производит гнетущее впечатление. Положись на мой инстинкт и мое предчувствие. Я всегда чувствую, когда назревает беда. Тут кроется что-то очень скверное. Советую вам совсем выключить эту проклятую комнату и минимум год ежедневно приводить ко мне ваших детей на процедуры.
— Неужели до этого дошло?
— Боюсь, да. Первоначально эти детские были задуманы, в частности, для того, чтобы мы, врачи, без обследования могли по картинам на стенах изучать психологию ребенка и исправлять ее. Но в данном случае детская, вместо того чтобы избавлять от разрушительных наклонностей, поощряет их!
— Ты это и раньше чувствовал?
— Я чувствовал только, что вы больше других балуете своих детей. А теперь закрутили гайку. Что произошло?
— Я не пустил их в Нью-Йорк.
— Еще?
— Убрал из дома несколько автоматов, а месяц назад пригрозил запереть детскую, если они не будут делать уроков. И действительно запер на несколько дней, чтобы знали, что я не шучу.
— Ага!
— Тебе это что-нибудь говорит?
— Все. На место рождественского деда пришел бука. Дети предпочитают рождественского деда. Ребенок не может жить без привязанностей. Вы с женой позволили этой комнате, этому дому занять ваше место в их сердцах. Детская комната стала для них матерью и отцом, оказалась в их жизни куда важнее подлинных родителей. Теперь вы хотите ее запереть. Не удивительно, что здесь появилась ненависть. Вот — даже небо излучает ее. И солнце. Джордж, вам надо переменить образ жизни. Как и для многих других — слишком многих, — для вас главным стал комфорт. Да если завтра на кухне что-нибудь поломается, вы же с голоду помрете. Не сумеете сами яйца разбить! И все-таки советую выключить все. Начните новую жизнь. На это понадобится время. Ничего, за год мы из дурных детей сделаем хороших, вот увидишь.
— А не будет ли это слишком резким шоком для ребят — вдруг запереть навсегда детскую?
— Я не хочу, чтобы зашло еще дальше, понимаешь?
Львы кончили свой кровавый пир.
Львы стояли на опушке, глядя на обоих мужчин.
— Теперь я чувствую себя преследуемым, — произнес Макклин. — Уйдем. Никогда не любил эти проклятые комнаты. Они мне действуют на нервы.
— А львы — совсем как настоящие, верно? — сказал Джордж Хедли. — Ты не допускаешь возможности...
— Что?!
— ...что они могут стать настоящими?
— По-моему, нет.
— Какой-нибудь порок в конструкции, переключение в схеме или еще что-нибудь?
— Нет.
Они пошли к двери.
— Мне кажется, комнате не захочется, чтобы ее выключали, — сказал Джордж Хедли.
— Никому не хочется умирать, даже комнате.
— Интересно: она ненавидит меня за мое решение?
— Здесь все пропитано паранойей, — ответил Девид Макклин. — До осязаемости. Эй! — Он нагнулся и поднял окровавленный шарф. — Твой?
— Нет. — Лицо Джорджа окаменело. — Это Лидии.
Они вместе пошли к распределительному щитку и повернули выключатель, убивающий детскую комнату.
Дети были в истерике. Они кричали, прыгали, швыряли вещи. Они вопили, рыдали, бранились, метались по комнатам.
— Вы не смеете так поступать с детской комнатой, не смеете!
— Угомонитесь, дети.
Они в слезах бросились на диван.
— Джордж, — сказала Лидия Хедли, — включи детскую на несколько минут. Нельзя так вдруг.
— Нет.
— Это слишком жестоко.
— Лидия, комната выключена и останется выключенной. И вообще, пора кончать с этим проклятым домом. Чем больше я смотрю на все это безобразие, тем мне противнее. И так мы чересчур долго созерцали свой механический электронный пуп. Видит бог, нам необходимо сменить обстановку!
И он стал ходить из комнаты в комнату, выключая говорящие часы, плиты, отопление, чистильщиков обуви, механические губки, мочалки, полотенца, массажистов и все прочие автоматы, которые попадались под руку.
Казалось, дом полон мертвецов. Будто они очутились на кладбище механизмов. Тишина. Смолкло жужжание скрытой энергии машин, готовых вступить в действие при первом же нажиме на кнопки.
— Не позволяй им это делать! — завопил Питер, подняв лицо к потолку, словно обращаясь к дому, к детской комнате — Не позволяй отцу убивать все. — Он повернулся к отцу. — До чего же я тебя ненавижу!
— Оскорблениями ты ничего не достигнешь.
— Хоть бы ты умер!
— Мы долго были мертвыми. Теперь начнем жить по-настоящему. Мы привыкли быть предметом забот всевозможных автоматов — отныне мы будем жить.
Венди по-прежнему плакала. Питер опять присоединился к ней.
— Ну, еще немножечко, на минуточку, только на минуточку! — кричали они.
— Джордж, — сказала ему жена, — это им не повредит.
— Ладно, ладно, пусть только замолчат. На одну минуту, учтите, потом выключу совсем.
— Папочка, папочка, папочка! — запели дети, улыбаясь сквозь слезы.
— А потом — каникулы. Через полчаса вернется Девид Макклин, он поможет нам собраться и проводит на аэродром. Я пошел одеваться. Включи детскую на одну минуту, Лидия, слышишь — не больше одной минуты.
Дети вместе с матерью, весело болтая, поспешили в детскую, а Джордж, взлетев наверх по воздушной шахте, стал одеваться. Через минуту появилась Лидия.
— Я буду рада, когда мы покинем этот дом, — вздохнула она.
— Ты оставила их в детской?
— Мне тоже надо одеться. О, эта ужасная Африка. И что они в ней видят?
— Ничего, через пять минут мы будем на пути в Айову. Господи, какая сила загнала нас в этот домр.. Что нас побудило купить этот кошмар!
— Гордыня, деньги, глупость.
— Пожалуй, лучше спуститься, пока ребята опять не увлеклись своим чертовым зверинцем.
В этот самый миг они услышали голоса обоих детей.
— Папа, мама, скорей, сюда, скорей!
Они спустились по шахте вниз и ринулись бегом по коридору. Детей нигде не было видно.
— Венди! Питер!
Они ворвались в детскую. В пустынном вельде — никого, ни души, если не считать львов, глядящих на и их.
— Питер! Венди!
Дверь захлопнулась.
Джордж и Лидия Хедли метнулись к выходу.
— Откройте дверь! — закричал Джордж Хедли, дергая ручку. — Зачем вы ее заперли? Питер! — Он заколотил в дверь кулаками. — Открой!
За дверью послышался голос Питера:
— Не позволяй им выключать детскую комнату и весь дом.
Мистер и миссис Джордж Хедли стучали в дверь.
— Что за глупые шутки, дети! Нам пора ехать. Сейчас придет мистер Макклин и...
И тут они услышали...
Львы с трех сторон в желтой траве вельда, шуршание сухих стеблей под их лапами, рокот в их глотках.
Львы.
Мистер Хедли посмотрел на жену, потом они вместе повернулись лицом к хищникам, которые медленно, припадая к земле, подбирались к ним.
Мистер и миссис Хедли закричали.
И вдруг они поняли, почему крики, которые они слышали раньше, казались им такими знакомыми.
— Вот и я, — сказал Девид Макклин, стоя на пороге детской комнаты. — О, привет!
Он удивленно воззрился на двоих детей, которые сидели на поляне, уписывая ленч. Позади них был водоем и желтый вельд; над головами — жаркое солнце. У него выступил пот на лбу.
— А где отец и мать?
Дети обернулись к нему с улыбкой.
— Они сейчас придут.
— Хорошо, уже пора ехать.
Мистер Макклин приметил вдали львов — они из-за чего-то дрались между собой, потом успокоились и легли с добычей в тени деревьев.
Заслонив глаза от солнца ладонью, он присмотрелся внимательнее.
Львы кончили есть и один за другим пошли на водопой.
Какая-то тень скользнула по разгоряченному лицу мистера Макклина. Много теней. С ослепительного неба спускались стервятники.
— Чашечку чаю? — прозвучал в тишине голос Венди.

0

11

Brian La Coste
ппц рассказик. Вот до чего доведут технологии

0

12

James MacGregor написал(а):

Brian La Costeппц рассказик. Вот до чего доведут технологии

аха.. если зацепило почитай у этого же автора рассказы..я ща вот этим занимаюсь и аж жутко как-то..
бррр

0

13

Он шел по улицам уверенным шагом, с взглядом, направленным в небеса. Он и сам, пожалуй, витал где-то в облаках. Шел к ней. К своей богине, своей мечте. Впервые за долгое время он вспомнил, что жизнь продолжается. Что мир вокруг – не так уж плох. То, что он это вспомнил, была её заслуга. Она вернула ему смысл жить. Но не намеренно, она просто была рядом.

Он понимал это. И сегодня все же решился рискнуть. Он подошел к её дому. Достав мобильный, набрал номер, который стал для него чем-то большим, чем просто набор цифр, после всех тех вечеров, проведенных в разговорах с ней… Наконец-то, она взяла трубку.

- Алло. – Привет, мой свет! – сказал он с улыбкой на лице, – я уже у твоего дома, выходи. – Уже? – её голос показался ему разочарованным, – подожди, сейчас выхожу.

Минуты ожидания… Он провел их в мыслях и воспоминаниях. Полгода прошло с момента, когда он её впервые увидел. Видимо, он потерял себя еще тогда. Попал в её плен. Но он был ему всласть. Он хотел быть в этом плену. Потом – знакомство, разговоры ночами, прогулки. Все это время он приходил в себя от сотрясений, что произошли с ним ранее. Сегодня он начал день с одной мыслью: «я сделаю все, что бы наши отношения перешли на новый уровень».

Вот и она… Как всегда – прекрасна, с лучезарной улыбкой. Он даже не мог представить себе, что она может выглядеть иначе. Одежда тоже выдавала её – желтые и оранжевые тона, свойственные веселым людям. В отличии от его сдержанно-черных. Но они всегда довольно неплохо проводили время. Интересно, что связывало их… Абсолютно разных.

- Ну что, идем? – спросил он, подмигнув. – Полетели! – с улыбкой ответила она.

Они провели прекрасный вечер. В прочем, как всегда – им никогда не было скучно вместе. Он провожал её… Они были уставшие, но веселые. Решили присесть в парке, лежавшем на пути к её дому. Обняв её (она никогда не возражала), он начал говорить…

- Мы столько времени проводим вместе, – уверенно начал он ,- может … – Нет, – перебила она его. – Может, хоть послушаешь, о чем я? – Я знаю, что ты хочешь сказать. Но… Ты мне друг.

Мир рухнул… Полгода она спасала его. Сейчас же, она впервые нанесла ему удар. Но какой… Он не выдержал. Да, он не подал вида. Но все для себя уже решил. – Понимаю… Ладно, тогда нет смысла задерживаться. Пошли?

Она молча встала. Домой они дошли молча… Впервые за все их прогулки. Подойдя к дому, они взглянули друг на друга. Поцелуй в щечку (их стандартное приветствие/прощание) – и они разошлись…

Прошли годы…

Он к 55 годам стал известным….. Холостяком. Довольно богат, неплох собой – время пожалело его. Он стал другим… Лишь любовь к кофе и музыке выдавали его былые пристрастия. В какой-то мере, он был счастлив. Но любви так и не познал. Сейчас он решил уйти….. Закурил… И ввел себе внутривенно своего убийцу.

Она в 55 – известная бизнес леди. Но от её улыбки, от какой он когда-то сходил с ума, не осталось и следа. Она стала «Железным канцлером», действовавшим со словами «цель оправдывает средства», с его любимыми словами на устах. В свое время она полюбила… Да и влюбленностей было много. Но она никогда не почувствовала себя так же легко, как с ним в свое время. Даже любовь не подарила ей этой легкости… Узнав о его смерти, она не удивилась. Она помнила его слова: «я не хочу познать старость»… Но внутри что-то сломалось.

И лишь одна мысль проскользнула в её голове: «а если бы я тогда согласилась»…

0

14

“Я жив? Неужели я еще жив? Этого просто не может быть, не может… Я не чувствую боли…”

Он медленно приоткрыл один глаз и тут же закрыл его. Белый свет. Все белым-бело. Как зимой, в поле. Вдруг в нос ударил неприятный запах. Запах лекарств, больницы. Он с детства терпеть не мог врачей. И все же пошел в медицинский, вслед за ней. И тут нахлынуло.

Чувства словно проснулись, все разом: сквозь прозрачные веки он видел белый потолок больницы, слышал суетливую беготню по коридорам, за дверью, и тихие судорожные всхлипывания рядом с собой, ощущал на языке солоноватый вкус крови, чувствовал, как кто-то держит его руку. И боль, нестерпимая боль. Там, в груди, у него пуля. Но боль не от нее, а от сердца, которое теперь пусто. В нем зияет дыра. Боль нарастала. Он стиснул зубы, услышал, как они заскрипели.

Кто-то тревожно сжал его руку. Как он хотел сжать ее в ответ. Не смог. Это чужая рука, но в то же время такая родная… Не Сашина рука, чья-то другая… Мама. Как давно он ее не видел. А теперь – чувствует ее руку. Дыра в его сердце чуть уменьшилась, боль – тоже. Но только чуть-чуть. И он понял. НЕ надо все время думать о Саше, иначе боль никогда не утихнет. Как подтверждение – скрип зубов стал невыносим, а рука дернулась и сжала-таки руку матери. И снова забытье.

А как он любил смотреть на закат… Вместе с Сашей. Как любил по наступлению ночи идти по городу, оглядывая горящие, влекущие к себе витрины и загадывать, что обязательно сюда придет снова. Вместе с Сашей. А загадывала ли она об этом? Да, загадывала… А теперь ее нет. Саши нет. Она погибла ради него, хотя… Нет, она погибла. Он видел ее глубокие синие глаза, пустеющие так стремительно, что он не мог ничего поделать. А потом… Потом он взвел курок и нацелился себе в грудь. Зачем жить без нее?..
“Я хочу боль. Сделайте мне больно,” – в бреду подумал он. А ведь он тоже Саша. Саша потерял Сашу…

А как он любил перебирать ее темные длинные волосы и пытаться заплести их в косу. Как любил слушать ее смех, такой звонкий, такой веселый и жизнерадостный, такой детский…

Рывок – и он открыл глаза. Назад, в объятья сна! Он не хочет находиться в реальности, она не реальна. – Саша… Мама… – и глаза остекленели, испустив последнюю в жизни слезу. Слезу еще живого существа.

Он не знал, что рана его почти зажила. Не знал, как рыдала мать, как обнимала его и целовала в неподвижные глаза, отказываясь верить. Не знал, что в соседней палате, находясь на искусственном жизнеобеспечении, вздрогнула и открыла глаза, такие глубокие, такие синие, девушка с длинными темными волосами по имени Саша.

Он отдал ей свою жизнь. И подарил новую – ту, которая вопреки всему миру развивалась в утробе девушки с таким по-детски веселым смехом.

я плакала, когда читала хД

0

15

Ночь… Тишина… Тяжелые мысли, давящие на голову и без того пронизанную болью… Девушка тщетно пытается уснуть, но когда она закрывала глаза, она видела лицо своего любимого мальчика…

Он улыбался ей, дарил ласковый взгляд, но девушка понимает, что это лишь осколки прошлого, причиняющие нестерпимую боль сердцу и заставляющие плакать. И пусть она уже трижды теряла его, её сердце по-прежнему любит и надеется, что будет еще один шанс построить с ним отношения. Но надежды призрачны как утренний туман, и она тщетно пытается похоронить чувства в глубине души под гранитным камнем, называемым сердце.

Он не считает её врагом, что хорошо, но не считает её другом, хоть они и гуляют в одной компании. Так кто же она для него? Просто существо, с которым не надо считаться? Может быть… но почему же тогда он позволяет ей прикасаться к нему? Привычка? Или возможность причинить ей боль равнодушием к ее ласкам? Все сложно и не понятно…

До знакомства с ним, девушка жила в своем маленьком мире и была нужна его персонажам, но после начала отношений её маленький мир бесследно исчез. Каждая минута, проведенная с ним, была до краев наполнена счастьем, любовью и нежностью, что полностью заменяло потребность в мире её фантазий. И теперь, когда они расстались, в душе у девушки пустота и желание вернуть его… желание, которое никогда не станет реальностью… Ведь ему уже не важно ничего, что связано с ней: ни её чувства к нему, ни её страдания, ни слезы, которые он не однократно видел ни даже шрамы на ее руках… Глупо?

Может быть… но боль, от порезов, хоть и не на долго, но возвращает ее в реальность. Тяжелые мысли о нем и об их прошлом стали посещать ее, когда она оставалась одна. Поэтому девушка старалась больше времени проводить с подругами, которые прекрасно понимали ее. К сожалению, подруги не могли постоянно быть с ней. Время, проводимое наедине ос своими мыслями, росло с каждым днем.

Порой она включала на полную громкость музыку в плеере и шла бродить по улицам своего маленького города. И однажды такая безобидная прогулка стала последней… Девушка шла по улице, слушая песню «Я стану твоим ангелом», и вдруг увидела его.

Такого любимого и желанного, но уже на веки потерянного, так как рядом с ним шла другая. Увидев бывшую, парень отвел виноватый взгляд в сторону, а она, с полными слез глазами, кинулась на другую сторону дороги. Сквозь громкую музыку она услышала тихий, как ей показалось, гудок машины и обернулась на него. Раздались звуки глухого удара и падающего тела. У девушки пошло сильное кровотечение…

Парень подбежал к ней, слегка приподнял ее. Она посмотрела на него почти невидящим взглядом и, прошептав последнее, что она услышала в плеере: «Я стану твоим ангелом…», навсегда отдалась его образу, возникавшему каждый раз, когда она закрывала глаза…

0

16

ОБОЖАЮ ЭТУ ПРИТЧУ

Хрупкие подарки

Как-то в одно селение пришёл и остался жить старый мудрый человек. Он любил детей и проводил с ними много времени. Ещё он любил делать им подарки, но дарил только хрупкие вещи. Как ни старались дети быть аккуратными, их новые игрушки часто ломались. Дети расстраивались и горько плакали. Проходило какое-то время, мудрец снова дарил им игрушки, но ещё более хрупкие.

Однажды родители не выдержали и пришли к нему:

— Ты мудр и желаешь нашим детям только добра. Но зачем ты делаешь им такие подарки? Они стараются, как могут, но игрушки всё равно ломаются, и дети плачут. А ведь игрушки так прекрасны, что не играть с ними невозможно.

— Пройдёт совсем немного лет, — улыбнулся старец, — и кто-то подарит им своё сердце. Может быть, это научит их обращаться с этим бесценным даром хоть немного аккуратней? (с)

0

17

несколько хороших афоризмов)

"У женщин - все сердце, даже голова." (Жан Поль)

"Настоящая любовь не та, что выдерживает долгие годы разлуки, а та, что выдерживает долгие годы близости."( Х.Роуленд.)

Любить что–то больше, чем жизнь, — значит сделать жизнь чем–то больше, чем она есть

Любя друг друга люди понимают их беззащитность по отношению друг к другу

Свобода – это когда ты можешь уйти, но остаёшься

Если жизнь - зебра, то лучше остановиться на белой и идти вдоль…

Конец должен быть счастливым. Если нет, значит, это ещё не конец…

Моя проблема в том, что ты - её решение

Любовь в сети - смешная фраза. Смешна для тех, кто не любил! И кто не чувствовал экстаза, когда любимый в чат входил..

Именно в тот момент, когда ты поймешь что знаешь ее на 1ОО% она докажет тебе, что ты не знаешь о ней ничего...

Мания преследования это не болезнь - это мечта тех, кто никому не нужен

Все можно пережить, кроме смерти… (Оскар Уайльд)

Имейте мужество жить. Умереть-то любой может… (Роберт Коди)

С точки зрения биологии, если что-нибудь вас кусает, оно, скорее всего, женского пола. (Скотт Круз)

Лучше иметь тело, которое все хотят, чем хотеть тело, которое все имеют…

Есть тысяча способов заставить женщину говорить, но ни одного, чтобы заставить её замолчать.

Ты слишком красива, чтобы говорить (к/ф Паранормальное Явление)

В каждой женщине должна быть своя безyминка...

Сердце лучшей из женщин остается безжалостным к страданиям соперницы. (А.Дюма)

Если вы думаете, что женщины не взрываются, попробуйте бросить одну из них…

«Мной не нужно восхищаться, меня надо любить!»

0

18

Письма детей к Богу.

Рижский писатель и кинодраматург Михаил Дымов предложил учащимся русскоязычных рижских школ в возрасте от 6 до 10 лет написать Всевышнему, задать ему самые насущные вопросы, попросить о самом главном.

Кто дует ветер?
Алик, 1 кл.

Куда уходит время? В седину?
Юля, 3 кл.

Что Ты делаешь, когда идет дождь?
Люба, 3 кл.

Почему весной, когда вечером Ты включаешь на небе звезды и дуешь на Землю теплый ветер и вокруг тихо-тихо, мне иногда хочется плакать?
Наташа, 2 кл.

У католиков один Бог, у масульман - другой, у иудеев - третий, у лютерян - четвертый, у православных - пятый. Да сколько же вас там?
Игорь, 4 кл

Почему мир без нежности?
Лена, 1 кл.

Боженька, а душу Ты мне вложил мою или чью-то?
Стасик, 2 кл.

Зачем мир круглый?
Олег, 2 кл.

Как умирает день? По старости?
Лева 3 кл.

А я есть на самом деле?
Люба, 3 кл.

Боженька, что у меня было позади?
Алик, 1кл.

Когда началась на Земле любовь?
Катя, 4 кл.

Как мне жить, чтоб все на свете были счастливы?
Лиза, 2 кл.

А что если люди Тебя не любят, а боятся?
Руслан, 2 кл.

Куда уходят тени?
Тоня, 3 кл.

Господи, когда моя мама будет нормально есть и станет здорова? И когда
мамина мама не будет проклинать папиного папу, а папина мама перестанет желать нам смерти?
Коля, 4 кл.

Для чего нужна жизнь, а если она нужна, зачем люди умирают?
Костя, 2 кл.

Ну и почем фунт лиха?
Саша, 2 кл

Это Ты послал дождь, чтоб он напоил жару?
Рая, 4 кл.

Почему звери раньше говорили, а сейчас не умеют? Ну, вспомни, даже Змей беседовал с Евой.
Ева, 3 кл.

Зачем Ты сделал человека главным на Земле?
Олег, 4 кл.

А мы не игрушки Твои?
Саша, 2 кл.

Отец Всевышний, почему Ты ко многим людям, как отчим?
Витя, 2 кл.

Почему многие люди такие несолнечные?
Арина, 3 кл.

А нельзя не рождаться?
Света, 2 кл.

Почему, когда любишь, всё нравится, даже яичница?
Степа, 2 кл.

Сколько верующих среди верующих?
Зоя, 4 кл.

Почему Ты сотворил мир таким, что когда мама порвет колготки, она плачет?
Вита, 2 кл.

Когда меня не будет, я себя буду видеть?
Толик, 2 кл.

Где спят сны?
Алик, 2 кл.

Как стать воспоминанием?
Миша, 4 кл.

Я бы попросил у Тебя ласки.
Нормунд, 2 кл.

Сделай так, Господи, чтоб во всех подвалах и контейнерах бомжи были аккуратными.
Элеонора, 4 кл.

Дорогой Бог, прошу Тебя, сделай так, чтоб, начиная от бабушки и кончая слонами, все были счастливы, сыты и обуты.
Тоня, 2 кл.

Я долго думала, что попросить у Тебя. Может, собаку? Потом решила, зачем Тебя беспокоить по пустякам. Надо попросить что-то очень важное. Так вот, хочу, чтоб мама приходила с работы всегда веселая и добрая.
Катя, 4кл.

Хочу, чтоб в молодости я жила хорошо и счастливо, а в старости можно только счастливо.
Вера, 3 кл.

Чтобы я хотел попросить у Тебя? Да Ты сам все знаешь.
Алик, 4 кл.

Изуми меня, Господи.
Артур, 3 кл.

Говорят, что человек возвращается на землю в виде кого-то. Сделай, пожалуйста, так, чтоб я вернулся на землю в виде моей собаки, а она в виде меня, и мы опять будем вместе.
Алеша, 4 кл.

Не хмурьтесь на людей.
Юра, 3 кл.

Пишет Тебе Антон. Если можно, сотвори, чтоб мои любимые игрушки ожили.
Антон, 2 кл.

Верни моих родителей в детство, я бы с мамой дружил, а отчима отметелил.
Гоша, 4 кл.

Пусть все, на кого я посмотрю, улыбаются.
Тима, 2 кл.

Я очень хочу, чтобы дети из приютов нашли себе новых, уютных родителей.
Даша, 4 кл.

Открой нам нас.
Вова, 4 кл.

Раздай всем людям доброту.
Катя, 2 кл.

Боженька, сотвори так, чтобы на небе высветились лица бабушки и дедушки и они улыбнулись мне.
Кира, 4 кл.

Подари мне жизнь.
Стасик, 1 кл.

Пусть все люди будут счастливы, тогда они не злые.
Вася, 4 кл.

Давай договоримся, Господи, я верю в Тебя, Ты - в меня.
Ляля, 2 кл.

Если Ты найдешь мою варежку, прошу вернуть. Только честно.
Аня, 3 кл.

Мой папа работает моряком, пусть волны будут добрыми к нему.
Катя, 3 кл.

Я бы хотела, чтоб у всех живых существ, у природы и даже у меня был хороший характер.
Аня, 1 кл.

Научи моих врагов прощать своих врагов.
Гера, 4 кл.

Спасай людей не от грехов, а от одиночества.
Сергей, 3 кл.

Я написал стихи. Они стыдные. Я их никому не показывал, но Тебе, Боженька, я покажу. Вот они.
Взрослые плачут слезами.
Взрослые плачут глазами.
Маленькие плачут сердцем,
Маленькие плачут жизнью.
Но если взрослый плачет, как маленький,
Значит, он и правда плачет.
Марик, 4 кл.

Был на кладбище, и меня потряс один памятник. Черный большой камень, на нем высечено одно слово: <Мама>. И все.
Ваня, 4 кл.

Некоторые люди, знаешь, живут на Земле и солнце топчут.
Аня, 2 кл.

Меня все время мучает один вопрос: на небе все звезды пятиконечные?
Надя, 2 кл.

Лето я провожу на даче. А рядом с нами в соседнем доме живет поэт. Все его считают чудаком, пьяницей, сумасшедшим. А все потому, что, когда он вечером выпьет, выходит во двор и, глядя на луну, кричит: <Эй, потушите там свет!>
Марик, 4 кл.

С Тобой я бы пошел в разведку.
Гарик, 1 кл.

На родительском собрании учительница говорила про меня так много хорошего, будто я умер.
Олаф, 3 кл.

Вчера в школе объявили, что Ты есть. Здравствуй.
Леня, 3 кл.

Причем тут ребро, когда делают человека. Не надо ля-ля, Господи.
Эдик, 3 кл

Знаешь, хоть мне кажется, что души у меня нет, но иногда она все-таки побаливает.
Роман, 2 кл.

Ты создал человека, Господи, а он создал Тебя. И еще неизвестно, у кого это получилось лучше.
Борис, 4 кл.

Самая тяжёлая болезнь на Земле, Господи, любовь. Но все человеки почему-то хотят заразиться этой болезнью.
Люба, 2 кл.

Вчера узнал про Тебя классную примету: если вы богаты - это от Бога, если бедны - это к Богу.
Зорик, 4 кл.

Мне очень нравится, когда небо все больше и больше облокачивается.
Рива, 3 кл.

Если бы Ты первым сделал женщину, Тебе бы не пришлось возиться с ребрами.
Вова, 4 кл.

Почитаешь, Господи, на кладбище надписи на памятниках, и задумаешься, а где же похоронены плохие люди.
Олег, 4 кл.

Всего Тебе в жизни наилучшего.
Степа, 1 кл.

А я ведь каждую секундочку умираю.
Паша, 1 кл.

Чем больше живешь, тем загробнее.
Радик, 1 кл.

Почему Ты бываешь такой неопределенный: один день холодно, другой - жарко, а еще Ты бываешь такой ветреный.
Соня, 2 кл.

Цветы у Тебя получились лучше, чем человек.
Галя, 4 кл.

Не бойся, Господи, я с Тобой!
Андрей, 1 кл.

Знаешь, а у некоторых людей на сердце ставни.
Ольга, 3 кл.

Сделай меня ветром, чтоб я путешествовал по верхушкам деревьев.
Славик, 3 кл.

У детей должен быть свой Бог. Славный, добрый Богинёнок.
Саша, 3 кл.

Самое большое чудо, которое Ты творишь для людей, это то, что Ты ничего не делаешь для них.
Сема, 4 кл.

Я Тебя уважаю за веру в человека.
Игорь, 3 кл.

Старики - это усталые дети.
Андрон, 4 кл.

Каждое утро я хороню вчерашний день. Ведь он ушел от меня навсегда.
Аркадий, 3 кл.

Я горжусь, что у меня есть Ты.
Катя, 2 кл.

Зачем Ты допускаешь разводы - это не по-божески.
Галя, 3 кл.

Мы Тебя понимаем светлее, чем взрослые.
Гарик, 2 кл.

Я еще маленькая, учусь в третьем классе, грехов пока нет, но собираются.
Ева, 3 кл.

Как тяжело деревьям жить в городе.
Вита, 4 кл.

Когда сказку читают - она правда.
Нина, 2 кл.

Меня растрогало.

0

19

СПОР

На вершине Олимпа сидят Греческие боги. Все шумны и веселы. Все, кроме Морфея, бога снов людских. Главный среди богов-олимпийцев, могучий Зевс громовержец не замечает печали Морфея.
Но подходит к нему Афродита, как всегда красива:

«Дорогой Морфей, ты не пьёшь вина,
Ты стоишь один, будто ты луна.
Что с тобой мой друг? Может ты влюблён?
Чьей-то красотой ты вдруг был пленён?»

Подходит Арес:

«Нет, дорогая, он жаждет войны
Боли и крови, раздора, вражды!»

Аполлон:

«Арес, не глупи! Он заболел.
Иль груз искусства его одолел.»

Гермес:

«Быть может к тебе не попало письмо?
Оно для тебя было очень важно?»

Артемида:

«Он потерпел провал на охоте,
По этому грустный он ходит.»

Аид:

«Нет-нет! Всё не то, не то! Не так!
Наш Морфей ведь не дурак!
Чем он правит? Правит снами,
Не подземными землями..»

Аида прерывает Афина:

«Нет, Аид, постой. Давайте
Нам расскажет всё Морфей.
Я судья и рассужу
Всю печаль недавних дней.»

Посейдон:

«Что судить пустое место?
Не с Олимпа этот бог!
Если думать нам по чести
Я б казнил таких пройдох!»

Дионис засмеялся над словами Посейдона:

«Милый мой, ты слишком груб!
Ты ведь бог, не лесоруб!»

Обращается к Морфею:

«Лучше пей вино, мой друг,
Это выгонит недуг.»

Наконец в разговор вступает сам Морфей:

«Мне слишком грустно среди вас.
Провёл я здесь всего лишь час,
И что ж я вижу? Вам плевать!
У вас у всех свои заботы.
У каждого своя работа,
А на остальных вам всем начхать!
Вы веселитесь меж собою,
А я стою в тени один.
И я считаю вас всех сбродом!
И, да, я вами не любим.
Для вас я лишь незваный гость,
И может, даже развлечение.
И спорить вам, не затыкая рот
Ужель приносит наслажденье?
Ведь я грустил не потому,
Что что-то вдруг со мной случилось.
Хотите знать вы почему?
О. да! Скажите мне на милость,
Ведь вы решили, что вы правы,
Решая за меня беду?
Но боги, зная ваши нравы
Вам будет легче, если я уйду.»

Морфей кланяется всем присутствующим, и, не произнося ни слова, покидает Олимп.

Конец.

By Muraki

бред больного человека.)

0

20

"Тяжесть"
Тяжело писать, когда нет души.
Тяжело дышать когда тебя душат,
Тяжело искать, если всё миражи.
Тяжело учить, раз никто не учит.
Тяжело любить, если сердца нет
Тяжело смотреть, если пыль в глазах.
тяжело уснуть, раз уже рассвет.
Тяжело мечтать - ты уже в мечтах.
И зачем идти, раз никто не ждёт?
Не собрать тебя, раз уже разбит.
И не стоит петь, голос подведёт.
Не возможно жить, когда ты убит.

Умри.
Убейтесь об стену, все тупые люди.
Для вас здесь места нет, не было, не будет!
А я буду стоять, загибаясь от смеха,
Наблюдая как жизнь бьёт человека.
Пинает ногами, руками колотит.
Так очередной день у жизни проходит.
Но скоро и мой смех сорвётся на хрип.
Я тоже буду жизнью избит.

Завяла роза в парке, и некому убрать.
И бедной розе жарко на солнце увядать.
Но некому заметить бедняжку в том углу,
И хочется отметить, что так же я умру.

Она не знает, кого любит.
Она всегда себя лишь губит.
Она придумывает мир,
Который прорван весь до дыр.
И врёт себе и врёт другим
Считая, что ей мир любим.
For С.И.

Попытка извиниться.

Ты проходишь рядом,
Глаз не поднимаешь.
Провожаю взглядом.
Ты нужна мне, знаешь?
Всё лишь в ссоре дело,
И в непониманье.
Что же дальше делать?
Прекращать страданье!
Нужно идти дальше,
И забыть обиду.
То, что было раньше,
Где всё то, что было?
Многое случилось,
Много поменялось,
Много появилось,
Но много потерялось!
For Chrono.

Вот, думаю хватит с вас.)

0

21

Яблоки

Учитель подбросил на ладони яблоко, повертел, разглядывая с разных сторон, и глубокомысленно произнес:
-Люди считают, что их души подобны яблокам.
-В смысле?- заинтересовался Ученик.
-Точнее, половинкам,- поправился Учитель.- Вот так примерно.
Он аккуратно разрезал яблоко на две части и положил на стол.
-У них есть такое поверие, будто для каждого человека существует идеальная пара. Вроде бы Бог, прежде чем посылать души в мир, рассекает их пополам, на мужскую и женскую половинки. Как яблоко. Вот и бродят эти половинки, ищут друг друга.
-И находят?
-Ха!- фыркнул Учитель.- Как ты это себе представляешь? Какова вероятность такой встречи? Знаешь, сколько в мире людей?
-Много.
-Вот именно. А кроме того... ну найдут они друг друга, ну и что дальше? Думаешь, составят целое яблоко и заживут в мире и согласии?
-Ну да. А разве не так?- удивился Ученик.
-Нет, не так.
Учитель взял в руки по половинке яблока и поднял их к своему лицу.
-Вот две свеженькие, аппетитные души сходят в мир. А как мир поступает с человеческими душами?
Учитель с хрустом откусил кусок от одной половинки.
-Мир,- продолжал он с набитым ртом,- не статичен. И жесток. Он всё перемалывает под себя. Тем или иным способом. Отрезает по кусочку, или откусывает, или вовсе перемалывает в детское пюре.
Он откусил от другой половинки и на некоторое время замолчал, пережевывая. Ученик уставился на два огрызка и нервно сглотнул.
-И вот,- торжественно провозгласил Учитель,- они встречаются! Трам-тарарам-пам-пам!- он соединил надкушенные половинки.- И что, подходят они друг другу? Черта с два!
-Учитель,- осторожно спросил Ученик.- А к чему ты мне это рассказываешь?
-Да ни к чему. Так, захотелось поговорить. А что?
-Нет, ничего... Я думал...
-А посмотри теперь сюда,- перебил Учитель и взял еще несколько яблок.- Разрезаем каждое пополам, складываем наудачу две половинки от разных яблок - и что видим?
-Они не подходят,- кивнул Ученик.- Учитель, я хотел спросить...
-Потом спросишь,- отмахнулся Учитель.- Смотри дальше.
Сложив две разные половинки вместе, он куснул с одной и с другой стороны и продемонстрировал результат.
-Ну, что видим? Теперь они образуют пару?
-Да-а,- Ученик задумчиво кивнул.- Теперь они соответствуют друг другу идеально.
-Потому что мир их обкусывал не поодиночке, а вместе!

0

22

Интересные рассказы

0

23

Пожалуй поделюсь я с вами своими рассказами.

Трилогия истинного.

Жизнь, Смерть и Воскрешение

Часть один.

Жизнь.
Сейчас мне трудно вспомнить хоть что-то из моего детство. Прошлое-словно в тумане, потому что я привык жить настоящим. Но сквозь этот туман пробиваются яркие всплески воспоминаний, которые я постараюсь описать...

Глава 1
Детство...
Огромный дом из красного кирпича. Самый большой на нашей улице. Сразу за нашим жилищем, в котором жил я, моя мама и отец, начинался густой лес, который был даже не отгорожен забором. Меня всегда манила его таинственная тишина и легкий сумрак между деревьев. Мне 6 лет. Я, в первый раз за всю свою жизнь, пошел с родителями в зоопарк...
-Мама, мама, смотри! Смотри какой красивый волк!
-Сынок, ну чем тебе нравятся эти животные? Они же опасные!
-Мамочка, но они ведь такие красивые. Свободные... -я  посмотрел на зашуганного волка, который шнырял туда-сюда вдоль клетки и затравленно смотрел на каждого проходящего мимо, словно говоря -И что? Приятно вам смотреть как я мучаюсь? -Но только не эти. Мама, почему они сидят в клетки? Им же там плохо -по детски пискляво спросил я.
-Ну как же зачем, сынок? Чтобы мы могли посмотреть как они выглядят. Ты же всегда мечтал увидеть волка.
-И вправду. Я всегда хотел повстречать волка. С детства я питал некую слабость к этим красивейшим животным. И меня нисколько не смущали все эти глупые детские сказки, где волк был самым плохим героем. А "Красную Шапочку" я просто ненавидел. Затравленный зверь посмотрел на меня полным боли взглядом. Казалось, что он просил помощи у меня, как у единственной надежды. Вся его боль и грусть мгновенно передалась мне и, на секунду, я стал этим волком. Я увидел себя его глазами. Увидел маленького, хиленького ребенка, который смотрел, чуть ли не плача. Я почувствовал свой запах, чем-то схожий с волчим и совсем не похожий на аромат людей. Все было невероятно отчетливо и ярко. Я даже почувствовал, как блоха укусила меня, тоесть волка, где-то в районе шеи. До сих пор не знаю, что это было. Но, поняв истинные чувства животного я все сразу решил.
-Мамуль! Можно я пойду погуляю? Сам, чуть-чуть! Пожаааалуйста! -я вцепился в руку матери и ослепительно улыбнулся.  На тот момент мать мне доверяла. Она знала, что я был очень самостоятельным и всегда мог за себя постоять. На нашей улице я был главным задирой и редко приходил домой без синяков.
-Дорогая, пусть идет. А мы пока сходим с тобой к лебедям. Ты же любишь на них смотреть. -Отец всегда поддерживал меня.. Мама колебалась. Казалось, что она что-то предчувствовала и не хотела отпускать от себя сына. Женщина взглянула в мои умоляющие глаза и широко улыбнулась.
-Иди, дорогой. Только будь осторожен -Я чуть ли не начал прыгать от счастья.
-Конечно мамуля! Не зря же я ходил на борьбу 2 года. -и, улыбаясь, я побежал в сторону слонов, прикрикивая -Слоны-Ждите меня! Сейчас я вас хорошенько рассмотрю. -Я остановился рядом с огромным вольером диких африканских слонов и дождался, пока мои родители скроются за поворотом. План в моей голове становился все отчетливее...

Детство..Как же это было давно... Но этот случай я запомнил навсегда. Один из ярких проблесков в моей памяти...

Я обошел вольеры и, непонятно как, пробрался в служебные помещения. Как можно было не заметить маленького 6 летного пацана в ярко оранжевой футболке? Тогда я не особо заботился о конспирации. Что сказать-ума было еще не много. Но все, казалось, было на моей стороне. Сзади на дверках, которые служили входами в клетки, были написаны их обитатели. Тогда я еще почти не умел читать, но слово "Волк" я отчетливо знал и даже умел писать. Клетка Алекса, так я для себя назвал волка, оказалась предпоследней с конца. Я тихо, не создавая шума, открыл старый ржавый засов, на который запиралась двери и чуть приоткрыл тяжелую дверь. Как тогда я справился с этим? наверно у меня было огромное желание помочь. У самой двери, словно ожидая меня, стоял Алекс и дружелюбно вилял хвостом. Я чуть сильнее распахнул дверь и выпустил бедное животное.
-Пойдем, мальчик, пойдем! Ты не должен тут сидеть. -и я двинулся к выходу, пока еще не было поздно. Но волк не последовал моему примеру. Он встал у последней двери и тихо заскулил, показывая на замок.
-Кто у тебя там? Семья? -животное осмысленно посмотрело прямо мне в глаза и я улыбнулся. -Хорошо, открою и ее. -С той дверью ярко-зеленого цвета я провозился около 5 минут. Замок никак не хотел поддаваться моей детской силе. Я пыхтел, потел, а волк нетерпеливо поскуливал у моих ног.
-Сейчас, сейчас. Я стараясь. -Наконец противный замок поддался и я открыл дверь из которой, на полусогнутых, выскользнула волчица, держащая в зубах маленького волчонка. Алекс скользнул в приоткрытую дверь
-Нет, мальчик, нет. пойдем. Мы должны идти! Я же тебя спасаю! -через секунду Алекс выбежал из вольера с еще одним щеночком в зубах. -Папаша-шипящим шепотом проговорил я и потрепал его по голове. Сейчас меня это ужасает. Маленький мальчик трепал по голове взрослого и сильного волка, который, к тому же, был рядом со своим потомством. То, что он не откусил мне руку-главная удача. Мы тихонько выбежали из служебных помещений и начали пробираться через кусты к дырке в заборе, которую я заприметил уже давно. Я знал, что времени осталось совсем не много, мама вот-вот начнет меня искать и будет лучше, если она не увидит своего сына в компании семейства волков. . Мы добрались до дырки довольно быстро, притом не замеченными. Чистое везение. Я раздвинул края в сетчатом железном заборе, пропуская животный на свободу.
-Беги, друг, беги! -проговорил я. Волчица скользнула в дырку и махала мне хвостом с той стороны забора. -Беги, мне сейчас попадет. -Алекс прополз в дырку, ткнувшись мокрым носом руку на прощание, как бы говоря "спасибо". Сразу за зоопарком начинался густой лес, который кольцом окружал весь город. Волчья стая стремительно удалялась и вскоре скрылась в лесу.
-Эдуард, ты где?-услышал я голос матери.
-Мамуль, я тут. -Я выполз из кустов и подошел к любимейшей женщине на свете. -Я просто в туалет захотел, а по близости ничего не было.
-Глупыш -она щелкнула меня по носу и мы медленно направились к выходу...

В этот день мне впервые приснился сон, в котором я был волком. Я чувствовал себя волком...
В этом сне я видел Алекса. Играл с его маленькими щенятками, рычал, бегал и прыгал. Я чувствовал себя свободным. По настоящему свободным...

...Продолжение следует...

0

24

ух, я жду продолжения!

0

25

Глава 2
Школа или рождение меня, как меня

Я пошел в школу. Не помню уже во сколько это было лет, но я точно знаю, что был самым младшим в классе. Тогда передо мной стоял выбор: пойти трудной или же, наоборот, легкой дорогой. Все дело в том, что моя мать работала учительницей начальных классов в одной из школ нашего города. В тот год она как раз набирала учеников в 1 класс. Она уговаривала меня пойти учится к ней в школу, но... Но я слишком любил свободу и не хотел к себе предвзятого отношения. Пусть даже в положительном плане. Почему маленький мальчик решает стать самостоятельным? Не знаю. Я вообще мало что знаю о себе... Я мало что помню о своей школьной жизни, как и о прошлом в общем, но пара эпизодов из этого времени остались яркими отпечатками в моем сознании...

Трудностей с учебой у меня не было класса до пятого. Нет, я не стал глупее, просто у меня пропало желание стараться. Зачем делать что-то если не видишь в этом смысла? С самого детства я был маленьким философом, который смотрел на все со стороны. В кого я такой? Еще одна моя загадка...
Отчетливо помню, как на мое одиннадцатилетние родители подарили мне крутой велосипед, которому я был безумно рад. Я был рад не столько подарку, сколько возможности стать немного взрослее и отделатся от постоянного контроля предков. Теперь я мог ездить в школу сам и возвращаться в то время, в которое хотелось мне, пусть даже ради этого я должен был пожертвовать сном-самым любимым временем суток. На следущий день после дня рождения я приехал в школу раньше обычного-мне хотелось похвастаться новым приобретением перед одноклассниками, у которых я итак ходил в авторитетах. В последствии я сильно пожалел об этом.
-Эй, Леванс, привет. -услышал я противный голос за своей спиной, который я знал довольно хорошо. Это был Колин и его подсиралы. Банда "черных псов", а именно так они себя называли, держала в страхе всю школу, даже ребят, которые были гораздо старше им самих. Как ни странно-я совершенно не боялся этих отморозков.
-Чего тебе, псина? -огрызнулся я. На лице их "главнюка", как я его называл, отразилась невероятная злоба -Хей, мальчик, ты чего так злишься? Неужели бешенством заболел? Тебе помочь найти ветеринарку? -ухмыльнувшись спросил я и оперся спиной на каменную стену школы. Мое спокойствие и пренебрежительный тон еще сильнее разозлили Колина. Но он, к моему удивлению, взял себя в руки.
-Чего мне, малявка? Мне нужен твой велик! И не не смей рассказывать об этом своим родакам, иначе мы тебе отделаем. -парень показушно сжал кулаки и хрустнул шеей, словно разминаясь. Я ухмыльнулся вновь.
-Мы? А выйти против малявки один на один тебе слабо? Да, конечно, я понимаю, что ты боишься. -на лице задиры отразилось недоумение, когда я спокойно прошел мимо него, слегка толкнув плечом.
-Стоять-почти визжал он -Ничего мне не слабо! После школы встретимся за гаражами один на один. Выиграешь ты-я оставлю тебя в покое. Выиграю я-забудь, что у тебя когда либо был велосипед.
-Без проблем. Ждите. Я приду-не оборачиваясь бросил я и, привязав свое транспарантное средство к перилам школы специальной цепью, вошел в здание. Я был просто уверен, что выиграю Колина-не зря же я 5 лет ходил на бокс и вольную борьбу. Я с трудом пережил те долгие часы ожидания драки. Кулаки так и чесались разбить наглую морду недруга.
-Ну что, сопляк,готов драться? -разминаясь, спросил главнюк.
-Бить наглые морды я готов всегда.
-Ну тогда приступим
-Эд, одумайся -проговорила девушка, стоящая за моей спиной. О предстоящей драке узнала большая половина школы и все они, казалось, собрались в этом небольшом закутке за гаражами.
-Кейт, успокойся, все будет хорошо. Страховка у меня есть, да и в травматологии свои люди, так что Колину быстро помогут. Вне очереди -каким же я был тогда самоуверенным. Хм, ну почему же тогда? Я всегда был, есть и буду таким. никогда не отступаю перед трудностями. В этом весь я.
-Как бы они не понадобились тебе, малявка. Начинаем -прошипел главнюк банды "Черных псин" и начал наступать. все вокруг пропало, я полностью сконцентрировался на своем противнике, отключившись от всего того, что могло помешать мне. До моего сознания лишь долетали обрывки кричалок. -Колин рулит, Эд позер. -Эдуард, мы с тобой! Задай ему!
Бой был коротким. Я вырубил этого хвастуна за пару точных ударов, последний из которых был прямо в челюсть. В тот момент я был безумно благодарен своему отцу, который настоял на том, чтобы я пошел в секцию борьбы а не игры на фортепьяно, как хотела моя мама.
Победы была громогласной! Старшики подняли меня на руки и начали подбрасывать, ведь никто до меня, простого 11 парня, не решался бросить вызов этому задире Коллину, который был старше меня на 6 лет. Домой я ехал полный гордости за себя и улыбался. Ох, каким же я был неосторожным и глупым. "черный псины" подкараулили меня в одной из подворотен города, через которую я срезал свой обратный путь домой. Они встали непроходимой стеной, во главе все с тем же Колином, которого я побил пол часа назад. -надо было меньше праздновать победу и хвастаться.
-Чего тебе надо, слабак. Я думал, что мы уже все решили за гаражами. Ты проиграл, так учись проигрывать с честью.
-ты ошибаешься, сосунок. Проиграл на самом деле ты. Взять его-зло смеясь приказал главнюк своей своре. Боже, тогда мне было по-настоящему больно. Они избили меня до полусмерти всей толпой. Как я узнал позже-сломали 3 ребра, два пальца на правой руке и повредили внутренние органы, осколками от сломанных ребер. Это не считая множественных синяков, ссадин, порезов и ожогов от сигарет, которые они тушили об меня...Но я молчал и не произносил ни звука, что еще больше злило этих недоумков.
Непонятным образом я дополз до своего дома и добрался до своей комнаты. Невероятная боль охватывала меня при каждом вздохе. Тогда я думал, что лучше умереть, чем терпеть все то, что чувствовал...
Но именно трудности, боль и ошибки сделали меня мной. Я благодарен тому Колину, который только укрепил мой характер...
В школу я вернулся через две недели с гипсом на руке и на машине матери-велосипед они все же забрали...

Продолжение следует...

0

26

Глава 3
Осознание правды

Сны. Какие же они чарующие, завораживающие, прекрасные. Как же я любил их в детстве. Любил, пока не осознал одну истину...

Мне всегда снятся сны. Каждый раз, когда я закрываю глаза и проваливаюсь в царство, где не властны никакие законы физики и здравого смысла-я вижу сны. Они всегда разные и не похожие друг на друга. Но один из них повторяется с завидной постоянностью, практически в одно и то же время. Там я всегда становлюсь волком...

Эта запись из моего дневника, который я вел, когда мне было 12 лет. Не за долго до того, как.. В общем обо всем по порядку.

Темный, тихий, ночной лес. Все вокруг меня заполнено всевозможными звуками, запахами. Вон там, справа, сидит маленький лосенок и весь трясется от страха. Ну конечно-как можно не испугаться двухметрового волчару, бегущего по лесу. Я не могу найти Алекса. Обычно он всегда встречает меня у кромки леса. Полная луна, всегда освещающая мне дорогу, скрылась за облаками. Опять придется полагаться только на свое обоняние и слух. Где-то вдалеке запели птицы, которые радовались предстоящему рассвету. Нос щекотали приятные запахи: хвои, мокрой травы, влажной земли, лесных животных, ночных цветов-невероятно приятный коктель.
-Но где же Алекс? Может с ним случилось чего? Нет, он просто охотится и забыл, что я должен придти сегодня. В нос ударил странный, неприятный запах, который я не чувствовал никогда раньше. Но он явно был похож на волчий. Некое смешение запахов человека и животного, режущее нос
-Черт. Что за фигня? Чужаки? -Я тихонько побежал по следу, и притаился в кустах, чтобы рассмотреть его обладателя.
На поляне, освященной вышедшей из-за облаков луны стояли двое. Парень и девушка.
-Я сказала тебе, что я не буду делать аборт!-почти орала девушка
-Эйприл, пойми! Оно будет таким же уродом, как и я! Зачем портить жизнь маленькому человеку? -успокаивал ее парень, гораздо тише. Он гладил Эйприл по лицу, волосам
-А по твоему лучше не дать ему даже шанса на жизнь? Это гуманно? Я не вижу ничего плохого в твоей второй сущности! Не будь придурком! Ты итак натворил делов!
-Эйприл пойми...
-Я даже не хочу тебя слушать! Убирайся! Если ты не хочешь этого ребенка-я выращу его сама! Но убить ты его сможешь только вместе со мной!
-Ах так? будь по твоему! -по телу молодого человека пошла дрожь, которая становилась все сильнее с каждой секундой. Мгновение, звук разорванной одежды, хруст костей, на поляне стоял огромный черный волк, немного больше меня самого. Я замер от страха и сильнее открыл глаза.
-Гомер нет, успокойся! Возьми себя в руки! -на что волк лишь глухо прорычал. -Ты чего? Я же беременна! Успокойся. -девушка начала отступать в тень вековых деревьев, а зверь медленно, почти не слышно, шел за ней, глухо рыча.
-Гомер! -в ее голосе слышалась мольба. А я, черт возьми, стоял в 5 метрах от них и просто смотрел на происходящее, трясясь от страха. Все случилось очень быстро. Лес наполнил пронзительный крик девушки и затих. Она лежала окровавленная на мягкой, мокрой траве. Из ее живота текла кровь. Подобие волка посмотрела прямо в то место, где скрывался я. Его взгляд был полон немой ярости и боли. Он рыкнул и шагнул в мою сторону. С шерсти на его морде текла ярко красная кровь. Я взвизгнул и побежал в противоположенную сторону. Только бы успеть добраться до пещеры под водопадом. Вода смоет мой запах и я спасусь. Мои мышцы работали в невероятном темпе. Я слышал тихий шелест травы у себя за спиной. Значит все же заметил... Пару минут я не думал ни о чем, кроме как о дороге. Но вдруг... Я споткнулся. Споткнулся,  перекувыркнулся и свалился в небольшую яму. Я начал быстро выкарапкиваться, понимая, что я теряю драгоценные секунды, небольшое преимущество. В кустах послышался знакомый до боли рык.
-Алекс. Нет, нет, беги, беги отсюда! -кричал я в своих мыслях. Из зарослей иволги вышел разозленный Алекс. Он встал в боевую стойку и рыкнув мне побежал на моего врага. Я все понял. Он отдает мне свой долг. Теперь он спасает меня. Не теряя ни секунды я побежал к тому месту, где я мог скрыться. Вот он, долгожданный водопад. Лес снова огласил крик боли. На этот раз моего лучшего друга-Алекса. Я забился в самый дальний угол маленькой пещерки и постарался не дышать.
-Ну проснись же, проснись уже наконец!-приказывал я себе. Я ждал, что вот-вот проснусь у себя в теплой кроватке, но.. прошел час, другой, третий. Я по-прежнему оставался волком, скрывающимся в пещерке под водопадом и трясся от страха. Но вот, необъяснимым образом, я начал превращаться в человека и уже через пару мгновений лежал на холодном камне темной пещеры. Бегом, бегом домой! Мне нужно проснуться! Я проплыл водопад и побежал прямо в ту сторону, где, как я думал, был мой дом. Колючки и маленькие веточки противно впивались мне в ноги, от чего мне стало больно даже идти. Знакомый запах...
-Алекс!-на траве лежал мой друг, который уже почти не дышал. Он не мог двигаться и весь истекал кровью. Двигались лишь его глаза.
-Алекс, нет, нет! Только не ты! так не должно быть! -мое лицо было мокрым. То ли от слез, то ли от воды. Я прижал к себе бедное животное понимая, что это конец и его уже не спасти.
-Алекс, зачем? Зачем? -Я плакал. Возможно впервые в жизни. На моих руках умирал мой лучший друг, брат... Протяжный стон боли слился с его. Лицо горело. Больно. В руку мне тыкнулась, словно поддерживая меня, Рейчал-волчица Алекса.
-Прости! Это все из-за меня! Все из-за меня! -Я обнял белую волчицу...
До дома я почти дополз. Сил не осталось. Как физических, так и моральных.  В голову закралась страшная мысль, что это вовсе не сон. Я зашел с парадного входа и взял лежащую на пороге газету. На первой полосе была Фотография уже знакомой мне девушки.

Эйприл Эпбер найдена разорванной диким зверем в лесу...

В эту ночь я потерял нечто большее, чем просто друга. В эту ночь я потерял частичку себя. В эту ночь я знал всю правду. В эту ночь я узнал, что я волк и то, что сны, оказываются иногда правдой...Эта ночь стала началом конца. Началом дороги к смерти...

Продолжение следует...

0

27

Блин, офигенно! Я становлюсь твоей поклонницей. Я надеюсь, что ты выложишь продолжение)

0

28

Elena Gilbert
выложу, но завтра-послезавтра хД Ты знаешь условия хД

0

29

James MacGregor написал(а):

Ты знаешь условия хД

ми мими))) Я ангел хДД

0

30

Elena Gilbert написал(а):

ми мими))) Я ангел хДД

у нас в семье мама пряник папик кнут хДДД
Заставляет вести себя хорошо. Ужас прям какой садист хД

0


Вы здесь » Vampire Saga » Развлечение » Библиотека ...